Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
11:48 

Клан Хьюга. Глава 21.

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Название: Клан Хьюга
Глава: 21
Автор: Shelma-tyan
Персонажи (Пейринг): Неджи/Хината
Рейтинг (для главы): G
Жанр: романс
Размер: макси
Состояние: в процессе
Дисклеймер: все принадлежат Кишимото
Саммари: Про Неджи, Хинату и клан Хьюга. После второго экзамена на чунина, Хината в попытке помириться хочет увидеть Неджи. Но он приходит к ней в палату вовсе не за тем, чтобы забыть клановые раздоры и извинится. Как ей не начать ненавидеть, как ему перестать презирать. Все об этом.
Предупреждение: ГЕТ/всем бояться/, некоторое АУ от манги, ООС
Разрешение автора на размещение его работы: получено

Главы 1-3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
*21*


Седзи за спиной Хинаты закрылись с тихим щелчком. В просторном пустом помещении рядами сидели члены клана, все в скромных простых юката. Хмурый Ивао-сан в первом ряду и сидящий по его правую руку Ко были единственными, кто закрывал печать протекторами. Остальные сидели с вызывающе чистыми открытыми лбами. Побочную ветвь на это собрание не пригласили, поняла Хината. Одного лишь Ивао старейшины удостоили сомнительной чести быть свидетелем того, как его подопечного распнут.
Тишина оглушала. Все как один повернулись и уставились на нее с немым вопросом. Хината медленно выпустила ручку двери и так же медленно поклонилась.
- П-прошу прощения за опоздание, – сказала она достаточно громко, чтобы услышали все до последнего.
Она пошла вперед в проходе. Все смотрели на нее, все до единого провожали ее удивленными, насмешливыми или откровенно строгими и осуждающими взглядами. Ко моргнул несколько раз, словно не мог поверить, что она пришла.
Слева от Хиаши стоял старейшина Хидеки, немногим старше отца, еще довольно молодой мужчина, он, однако, был почти полностью сед и поэтому носил волосы коротко остриженными и обычно прикрывал голову банданой. Но на собрание клана он, как и все из главной ветви, демонстративно не надел головной убор и протектор. Он умолк при ее появлении и, так же, как и все, проводил ее прозрачно-серыми глазами.
Хината чувствовала, как шелк слегка длинноватого для ее роста кимоно скользит по полу. Маленькими благовоспитанными шажками она прошла мимо всех и дошла до небольшого возвышения, на котором величаво и спокойно восседал отец.
Хиаши, если и был удивлен или зол, не позволил этим эмоциям проступить на лице, за что Хината была ему крайне благодарна. Если бы сейчас отец сказал что-то вроде «Что ты тут делаешь, Хината?», ей не оставалось бы ничего иного, кроме как заикаться и краснеть. Но Хиаши молча наблюдал, как она идет, возвышаясь над коленопреклоненными мужчинами и женщинами клана.
Рядом с отцом, разумеется, не было татами, на которое она могла бы сесть, что еще раз подчеркивало то, что ее никто не ждал. Но Хината ни на секунду не замешкавшись, поднялась на ступеньку и села прямо на пол по правую руку от отца. Чинно поправила складки шелка и рукой пригладила длинные волосы, перекинутые через плечо.
- Прошу вас, Хидеки-сан, продолжайте, – сказала Хината не моргнув встретившись с ним взглядом. Ко сжал губы, еле сдержав усмешку, а лицо старика Хизео вытянулось в порицании.
Хидеки же кивнул с легким поклоном и невозмутимо заговорил:
- Как я и говорил до появления Хинаты-сама, Данзо Шимура сегодня вернулся в деревню из столицы. Он ставит себя полноправным Хокаге. Уже изменены дзюцу защиты на резиденции и отряд барьера получил новые указания и нового руководителя из Корня Анбу.
- Информация от Широ? – уточнил Хиаши.
- Да, Хиаши-сама. Должен сказать, что внедрить своего человека в отряд заградительного барьера было блестящей идеей.
Хидеки улыбнулся искренней улыбкой. Хинате он был симпатичен. Особенно ей нравился его сильный звучный голос, так отличавшийся от скрипучих голосов почтенных старцев. Он был самым молодым членом клана, который удостоился почетного звания Старейшины. Формально этот титул давали за заслуги перед кланом, а не за возраст, так что если бы старики так не ненавидели Неджи, он мог бы даже в свои семнадцать быть удостоен…
- Эта идея не моя, – прохладно заметил Хиаши. - Сегодня один из АНБУ принес это, – Хиаши поднял и показал всем небольшой свиток со сломанной печатью. – В двух словах новый Хокаге сообщает нам, что настали суровые времена и привилегии, которыми пользовались некие кланы, в ближайшее время могут быть упразднены.
- Думается мне, его учитель однажды написал что-то подобное клану Учиха! - прошипел Хизео. – Какая наглость! И от кого? От Хокаге-однодневки! Джоунины еще не голосовали. Кто поддержит его? Все кланы будут против этого скользкого типа, скольких людей он прибрал к своим рукам? А уж свободные джоунины, кто побывал в АНБУ, и подавно.
Хината постаралась не выдать своего удивления. Она думала, что собрание клана посвящено исключительно Ко и его дерзости, а оказалось, что она ворвалась в разгар обсуждения политики.
- Голосование джоунинов формально может приостановить его полномочия, но если дайме не прислушается, то он останется Хокаге. Мы не в том положении, чтобы устраивать склоку внутри деревни, и он хорошо это понимает, – задумчиво проговорил Хиаши. – Он пользуется уязвимостью деревни в своих интересах, чего и следовало ожидать.
Хината сидела рядом с отцом и с ужасом понимала, что если ей предложат высказаться, то она, чего доброго, сболтнет какую-нибудь глупость. Она ничего не знала про нового Хокаге, понятия не имела, что против него имеет клан. Ее никогда не допускали на важные собрания клана вроде сегодняшнего. Сначала она была слишком молода, а потом слишком бесперспективна. Иногда Хиаши брал ее на совещания, но, как теперь поняла Хината, вовсе не на такие. Там обсуждали строительство в квартале, устройство клановой библиотеки, мероприятия и совместные тренировки детей, еще не поступивших в академию. Внутренние дела клана. Но сегодня они обсуждали Клан и Коноху как нечто обособленное и неравнозначное. Хината в тревоге сглотнула и постаралась услышать и понять как можно больше.
- Что конкретно он хочет? – спросил Хизео.
Хиаши раскрыл свиток и прочел.
- «В сложившемся положении, когда Цунадэ не может далее исполнять свои обязанности и сама нуждается в защите… все должны исполнить свой долг… дополнительные силы для защиты деревни и Хокаге…»
Хиаши умолк. Собравшиеся кто хмыкнул, кто цокнул языком.
- Все ясно, - неприязненно фыркнул Хизео.
- Это было ожидаемо, - холодно сказал Хидеки-сан. – У него давно это как кость в горле.
Хината растерянно слушала, ничего не понимая. Что за кость в горле? Что им ясно? Она чувствовала свою полную беспомощность. О, ну почему отец не брал ее на собрания? Почему не давал учиться вот этому? Но при всей своей растерянности она сидела, гордо выпрямив спину, и делала вид, что все понимает. Вряд ли она могла обмануть кого-то из присутствующих, все же это было собрание не кого-нибудь, а клана Хьюга. Но показать свою растерянность открыто было бы еще унизительнее.
- В нашем клане много джоунинов, перевес в голосовании будет на нашей стороне, – ухмыльнулся Хизео.
- Вопрос в том, - сказал Хидеки, – стоит ли сейчас же объявлять о своей позиции и на какие уступки мы готовы пойти.
Воцарилась тишина. Все уставились на отца и на нее, сидящую по правую руку. Все ждали чего-то. Хината поняла - прямо сейчас отцу нужно принять какое-то решение и все ждут от него этого, все смотрят с вниманием и волнением. Она против воли, как и все, повернулась и посмотрела на нахмуренного Хиаши. Брови грозно сдвинуты, под глазами темные круги, словно он давно не высыпался.
Волна робкой стыдливой нежности накрыла Хинату. Отец всегда казался ей высоким и неколебимым как скала, но сидя так близко под взглядами всего клана, она вдруг увидела и складочку на его всегда идеальном кимоно, и первую седину в длинных волосах, и морщинки вокруг глаз. Впервые в жизни Хината увидела его… просто человеком с непомерно тяжелым грузом ответственности.
Хиаши вдохнул, словно решившись на что-то, и сказал твердо и решительно:
- Клан Хьюга оставляет свои условия прежними. Никто из нашего клана не будет служить в АНБУ ни при каких условиях. Новому Хокаге придется смириться с этим. Хидеки, предлагаю тебе написать ему ответ на это. – Хиаши презрительно скатал свиток и небрежно передал старейшине. – Не сдерживай свое красноречие, – улыбнулся Хиаши, и многие рассмеялись. Хината робко улыбнулась, хотя она и не поняла причину смеха.
- С удовольствием, Хиаши-сама, – поклонился Хидеки и спрятал свиток в один из неприметных потайных карманов.
- Есть еще новости, сегодня пришло сообщение: грядет собрание пятерых Каге.
По залу прошел шепоток.
- Этого не было… Столько лет...
- С прошлой войны, – раздался еще один старческий голос. – Не к добру…
- Они несомненно будут обсуждать Акацуки и Хвостатых, – проговорил Хиаши. – Хидеки-сан, расскажите всем о последних сведениях.
Хидеки коротко поклонился и повернулся лицом к клану.
- Не так давно один из джоунинов Хьюга участвовал в миссии против организации Акацуки. Они похитили джинчурики однохвостого…
«Неджи, - поняла Хината. – Они говорят о Неджи и о той самой миссии».
- После этого руководство деревни заинтересовалось состоянием остальных джинчурики. Были посланы разведчики, в некоторых группах были наши люди. Информация неутешительная, все хвостатые звери, кроме девятихвостого, находятся у Акацуки.
- Ками-сама… - встревоженно выдохнул кто-то в первом ряду. – И что они собираются с ними делать?
«Только Наруто-кун… все остальные уже пойманы…» - с ужасом подумала Хината.
- Этого мы не знаем. Цели Акацуки были известны давно, однако, похоже, никто из Каге не предполагал, насколько далеко они продвинулись. Экстренное собрание говорит о том, что они заволновались.
- Будем надеяться, что это случилось не слишком поздно, – хмуро сказал отец. Хината почувствовала, как по коже пробежали мурашки.
Ей стало жутко неловко, что она так отчаянно стремилась сюда, чтобы защитить Ко, когда клан обсуждает тут вопросы такой важности. Впервые Хината поняла, что наказание Ко - это не тот вопрос, по которому могла собраться вся старшая ветвь Хьюга. Бывают вопросы и поважнее.
- Что ж, наш новый Хокаге отправится на собрание, – проговорил Хиаши.
- Всем Каге разрешено взять двоих телохранителей, и не больше, – добавил Хидеки-сан. - Разумеется, Данзо возьмет верных ему людей из Корня. Поскольку никого из нашего клана в АНБУ нет, на быстрые известия оттуда рассчитывать не приходится.
- Прискорбно, но тут ничего не поделаешь, – сказал Хиаши. – Примем к сведению и будем ждать вестей. Но нужно быть готовым к худшему. Собрания Каге всегда заканчивались войной. Обычно между странами, сейчас, быть может, это будет война против Акацуки, но это не меняет сути дела. Скорее всего, будет война, и клану следует к этому подготовиться. Напомню, что на время военных действий клан выбирает лидера отдельно от мирного времени.
- Что за чушь, конечно, это будешь ты, Хиаши, – фыркнул Хизео.
Хината отметила это снисходительное «ты» и отсутствие уважительного обращения. Здесь, на собрании главной ветви, старики обращались с Хиаши, словно он всем им был кем-то вроде племянника. Однако на улице, в присутствии посторонних Хизео никогда бы не позволил себе «тыкнуть» главе клана. «Они тоже поддерживают этот авторитет всеми силами…» - задумчиво отметила Хината.
- Это мы обсудим чуть позже. Еще новости, Хидеки?
- Последнее, да… - он на мгновение замялся, искривив губы. – В деревню прибыло три шиноби Облака с посланием для Хокаге.
По залу прошел шепот.
Хината почувствовала, как волоски на коже встали дыбом. Перед глазами следом друг за другом вспыхнули картинки, смутные, но жуткие, словно из давнишнего кошмара. С мягким, словно шепот, звуком сдвигается дверь в комнату, на полосу лунного света бесшумно встает нога в черной обуви шиноби.
А потом сразу бандана с другой, незнакомой эмблемой. И лицо чужака, искаженное судорогой, с ниточкой кровавой слюны из уголка рта. И напуганный детский голос «Папа?..»
- Хорошие новости одна за другой, - прокомментировал Хизео, и Хината вздрогнула.
- Облако всегда приносит одни неприятности, – сказал еще один старейшина, держащий трость на коленях. – Подумать только, как быстро они нарисовались на пороге.
- К этому стоит отнестись с вниманием, учитывая историю наших отношений, – встревоженно сказал еще кто-то.
- Мы лишились деревни, но потерь среди населения почти не было. Коноха не так слаба, чтобы они осмелились на открытую провокацию, – сказал отец.
- Глядя на руины деревни, они могут подумать что угодно, Хиаши-сама. Не лучше ли будет перестраховаться? Много было эпизодов…
Все посмотрели на нее. Хината очень постаралась не покраснеть. А потом все взгляды обратились на Хидеки. И на этот раз Хината знала, почему. Три года назад тело его сына без глаз принесли в квартал. Хината помнила, как отец накрыл его глаза полоской ткани с вышитым лепестком огня.
- Их только трое, - сказал Хидеки. – И это не их лучшие шиноби. На территории деревни они вряд ли осмелятся на что-либо, тем более, после последнего эпизода, когда их шиноби очевидно проявили агрессию к клану Хьюга.
- Как мы все помним, они объявили тех самозванцами, сказали, что они не были шиноби Облака, – сказал Хиаши. – Впрочем, Коноха сделала бы так же.
- Шиноби, прибывших с посланием от Райкаге, они нукенинами объявить не смогут, - согласился Хидеки. – Вряд ли они представляют опасность.
- Нам нужно показать им, что мы сильны, я не хочу в страхе пересчитывать детей по головам каждый вечер, Хиаши, - проговорила старая женщина из второго ряда. Ее волосы были так седы и редки, что едва собрались в крохотный пучок. – Покажи им, что не стоит даже пытаться.
Отец несколько секунд молчал, очевидно, обдумывая эти слова.
- Мы уже встретили их, Хиаши сама, – заметил Хидеки. – Границы, как всегда, охраняют наши люди, поэтому, когда они вошли в деревню, один из наших джоунинов поприветствовал их и дал понять, что за ними наблюдают.
- Пусть за ними наблюдают и дальше. Определите несколько человек из младшей ветви для этого, – распорядился отец. – Для чего они прибыли?
- Послание для Хокаге, пока неизвестно, какое именно. Данзо еще не было, их направили к Цунадэ-сама.
- Как ее состояние? – спросил отец.
- Без изменений.
- Пошлите наших лучших медиков. Пусть сделают все, что возможно. Цунадэ будет полезна нам как оппозиция против Данзо.
Хидеки поклонился, отошел и занял свое место справа в первом ряду.
- Еще есть вопросы, требующие обсуждения? – спросил Хиаши.
- Боюсь, что да, Хиаши-сама, – сказал Хизео и, кряхтя от показной немощи, поднялся, опираясь на трость, и вышел вперед.
Хината, похолодев, заметила, как выпрямился Ивао-сан и Ко. О, Ками, вот и оно…
- С прискорбием вынужден поднять такой неприятный и привычный вопрос, как субординация побочной ветви, Хиаши-сама, – прокряхтел Хизео. - В день нападения Акацуки на Коноху я отдал прямой, не вызывающий сомнений приказ этому чунину, - Хизео ткнул тростью в Ко, - который он проигнорировал. Вопиющий случай неповиновения, имевший тяжкие последствия, который нельзя оставить безнаказанным.
Сердце Хинаты глухо и отчаянно колотилось в груди. Все посмотрели на нее, кое-кто даже начал перешептываться. Хината старалась не дрожать слишком очевидно, но ничего не могла поделать с собой. Она словно со стороны увидела, как ее пальцы, словно намагниченные, тянутся к друг другу, как всегда происходило с ней в минуты волнения. Тот самый детский жалкий жест, который обычно помогал ей успокоиться и собраться. Хината с силой сжала руки в кулаки.
- П-прошу прощения, - сказала она едва слышно. Горло сковало, и Хинате пришлось кашлянуть чтобы продолжить. – Хизео-сан, не могли бы вы пояснить, о каком именно неповиновении мы говорим? – проговорила она торопливо, боясь, что, если замешкается, обязательно начнет заикаться.
Отец кинул на нее предостерегающий хмурый взгляд и повернулся обратно к Хизео.
- Он открыл дверь убежища против моего приказа. Вышел наружу вместе с вами против моего приказа, подверг вас опасности и по итогу тяжелому ранению… Хината-сама.
Хината почувствовала, как от страха сжимается что-то в животе. Ох, что же она должна сказать? Что должна сделать? Но тут она поняла. Хизео сам подсказал ей. Ваш приказ, вышел с вами…
- Хизео-сан, - Хината вежливо склонила голову. - Если мы обсуждаем тут мои решения, не вижу смысла и дальше задерживать Ко, – проговорила Хината, незаметно вцепившись в складочку на кимоно. – В тот день Ко охранял меня. Я отдала приказ, и Ко выполнил его. Я приказала ему открыть ту дверь и сопровождать меня в деревню.
- Должно быть, вы плохо помните, Хината-сама, - процедил Хизео, чуть не скрипнув зубами. «Маленькая лгунья», – кричал его злой взгляд. – А вот я отчетливо помню все ваши слова в тот день.
Хината тоже помнила. Она послала его к черту. Что ж, может, она и вправду погорячилась немного, но тогда разве могла она раздумывать, во что это выльется?
- Там было достаточно шумно, Хизео-сан. Взрывы, разговоры. В вашем почтенном возрасте слух уже может подводить, к сожалению. – Хината посмотрела на его трость, на которую он демонстративно опирался. - Вы просто не расслышали. Ко, скажи Хизео-сану, что я приказала тебе открыть ту дверь, – с нажимом велела Хината.
Ко с улыбкой смотрел на нее. В глазах шальное безразличное уже ко всему бешенство, на лбу начищенная пластина хитая с гербом Конохи. Хината посмотрела на него безо всякой улыбки или страха. «Говори! Говори сейчас же! » - попыталась взглядом приказать она Ко. Он колебался. Посмотрел на Хизео, на Хиаши, а потом на Ивао-сана, который следил за разговором с пристальнейшим вниманием. Хината видела, что и Ивао тоже сомневается, секунда раздумий и тишины - и Ивао опустил глаза в пол.
- Да, Хината-сама, – вежливо склонился в поклоне Ко вслед за Ивао.
«Мы для них никакие не главы клана, – осенило в этот момент Хинату. – Мы для них враги, самые настоящие. И даже помощь от врага они не желают принимать».
Хиаши посмотрел на Хизео-сана.
- Если Ко исполнял приказы моей дочери, я не могу наказать его за неповиновение. Он должен был охранять ее в тот день и подчиняться ей, – сказал Хиаши. Хизео с гримасой поклонился и, отойдя, занял свое место в первом ряду.
- Ко, ты можешь быть свободен, – властно распорядился Хиаши. Ко встал, поклонился. В оглушающей тишине он прошел по проходу и вышел вон.
- Хината, - Хиаши жестом указал на место прямо перед собой. Хината вздрогнула. Она поднялась, спустилась с возвышения. Надо же, какие-то жалкие пятнадцать сантиметров, и вот она уже никакая не гордая дочь главы клана, а одна из многих. Хината, сделав несколько шагов, села перед отцом. Теперь он возвышался над ней и казался очень далеким и строгим.
- Что ж, поговорим о твоем поведении, – начал Хиаши. – Старейшины донесли до тебя их решение, и ты нарушила их волю. Ты нагрубила человеку, что полвека безупречно служит клану Хьюга. – Хината физически чувствовала, как взгляд Хизео сверлит ее спину. – Ты вышла сражаться и опозорила наш клан своей беспомощностью в бою. Как я уже говорил, на этом собрании мы решаем, кто поведет клан Хьюга на войну. Так знай же, что твою кандидатуру я лично снимаю из возможных за твое дерзкое и недостойное поведение.
Хината сидела, словно громом пораженная. Отец, холодный и далекий говорил так, словно между ними не было родства вовсе. Словно она была одна из клана, вовсе не его старшая дочь.
Слова, словно отравленные иглы, впились в сердце Хинаты. «Позор», «недостойная», «слабая». Глаза защипало. Хината смотрела на отца и радовалась, что только он видит, как слезы дрожат на ее веках. Но сейчас ей предстоит повернуться и уйти, и тогда все – и подозрительный Ивао, и мерзкий Хизео, - все увидят ее постыдную слабость. Нет! Не будет этого. Хината несколько раз моргнула, прогоняя слезы. Она должна успокоиться, должна. В конце концов, что за смех, разве кто-то верил, что она сможет повести клан Хьюга на войну? Разве это ее наказание? Конечно, нет. Хината взглянула в строгое лицо отца. Нет, вот она, ее расплата – очередное унижение, на этот раз на глазах всей старшей ветви. Теперь в прошлом неодобрительные взгляды и тихий шепот. Теперь она во всеуслышание слабачка и разочарование. Хината закрыла глаза, вспоминая, как Ко вышел из зала невредимый и без всякого наказания. Жаль, но в этот момент эта картина мало ее порадовала.
- Да, отец, – глухо отозвалась Хината и церемонно поклонилась, почти коснувшись носом пола. Ей хотелось упасть на этот пол и разрыдаться. Разрыдаться в голос, горько как никогда.
- Можешь идти.
Хината встала, еще раз поклонилась и пошла к двери. На нее снова смотрели. Хизео с плохо скрываемым торжеством, Хидеки-сан с непонятной тревогой, а Ивао даже с сочувствием.
Хината медленно и чинно, так же, как пришла, отсчитала свои шаги до двери, отодвинула створку и вышла, аккуратно закрыв дверь за собой.
Дождь закончился. Ветер разгонял облака, кое-где проглядывало солнце, заставляя капли на крыше и на свежепосаженных кустах и деревьях сверкать.
Рядом с крыльцом стоял Ко и Неджи, все так же сжимающий сложенный красный зонт. Они что-то тихо обсуждали, повернули головы к ней одновременно.
Хината знала - еще мгновение, и она разрыдается. Разрыдается прямо тут, где ее еще может услышать весь клан, где Ко увидит ее слезы. Она судорожно истерически вздохнула.
Неджи отдал зонт Ко, и тот без вопросов принял его, словно они могли общаться без слов.
Неджи сделал два шага, подхватил ее на руки, и мир завертелся в бешеном вихре. Хината закрыла глаза и прижалась лицом к воротнику Неджи. Через две секунды белесый дым от техники мгновенного перемещения уже расползался по ее комнате. Неджи опустился с ней на кровать, и Хината, наконец, дала волю слезам.
- Ну тише, тише… - нежно убаюкивал ее Неджи, пока она заливала слезами его рубашку.
- П-позор клана… Дерзкое п-поведение… - пыталась что-то рассказать Хината, но то и дело срывалась на жалкое поскуливание и рыдания.
Неджи вдруг засмеялся. Хината от этого еще сильнее залилась слезами. Сейчас она не могла воспринимать ни иронию, ни подтрунивания, сейчас все, кроме нежного успокаивающего тона, казалось ей болезненным. Неджи не объяснил свой смех, просто обнял ее и снова погладил по голове, шепча в волосы наивные простые нежные слова.
Мало-помалу Хината успокоилась. Вытерла покрасневшие глаза и обняла Неджи крепко-крепко.
- Почему ты не приходил так долго? – прошептала она.
- Злился, – так же шепотом ответил Неджи.
- Ты вечно з-злишься, – упрекнула его Хината. – В-всегда.
- Что же я могу с собой поделать? – пожал плечами Неджи. Он мягко обнимал ее, и они сплелись в один теплый неразрывный комок.
- Можешь не злиться, – буркнула Хината.
- Вы слишком много от меня хотите, Хината-сама. Попробовали бы вы сами ужиться с такой дерзкой девчонкой, как вы, – сказал Неджи и снова прыснул.
- Чему ты смеешься? – хлюпнула носом Хината, возмущенно отстранившись.
- Тому, что ты у нас теперь дерзкая. Разве не смешно? Дерзкая Хината. – И Неджи рассмеялся.
Хината сначала не поняла, к чему это он, и тут вдруг ее осенило. И ведь правда. Не впервые ее упрекали в слабости, но в дерзости – впервые в жизни. Хината моргнула и тоже прыснула вслед за Неджи.
- Д-дерзкая я! – смеясь, повторила она, и они придушенно рассмеялись, снова сплетая объятия.
Когда они перестали смеяться, Неджи наклонил голову и мягко и осторожно поцеловал ее. От легкого прикосновения Хината вся затрепетала. Так давно Неджи и она не были наедине, так давно они были где-то далеко друг от друга в разных частях клана, что она почти забыла, как это восхитительно - быть с ним просто вместе. Хината бесстыдно прильнула к нему в поцелуе, томно закрыв глаза.
- Неджи… - выдохнула она с чувством. И вдруг вздрогнула, отстранившись. Хината вспомнила, что сказала ему перед тем, как они расстались на крыльце Дома Клана. Краска наползла сначала на щеки, а потом и на все лицо.
- Что такое? – спросил он, нахмурившись.
- Н-ничего… - пролепетала Хината.
- Вспомнили, что любите меня? – с иронией поинтересовался Неджи. Хината задохнулась от ужаса. О Боги, она правда сказала это! Ками-сама, она сказала Неджи, что любит его. Хината почувствовала, как у нее закружилась голова.
- Я… О боже, мне плохо! – забормотала Хината, выбираясь из его объятий. Она приложила руку ко лбу, с ужасом осознавая, что, кажется, сейчас упадет в обморок.
- Ну теперь точно сомнений нет, - усмехнулся Неджи. – Ведь вы всегда падаете в обморок рядом с тем, кого любите.
- Неджи… пожалуйста… - слабо запротестовала Хината. Ками, он же имеет в виду Наруто! От ужаса и смущения ей не на шутку стало плохо. Как она могла сказать Неджи такое? Как? Что теперь будет?
- Да успокойся же ты! – Неджи крепко сжал ее руки. – Хината? Хи-на-та! - он встряхнул ее за плечи. – Воды? – участливо поинтересовался Неджи. Хината нашла в себе силы кивнуть. Воды, еды, все что угодно, только бы ей дали минутную передышку. Ну отчего она так паникует? Разве она сказала неправду? Нет! Она и правда любит Неджи. Просто… Это ведь так непросто, и что он подумал? И что теперь будет? Беспричинный нелогичный, но ослепляющий ужас захватил Хинату.
Неджи встал и отошел к столу, налил ей стакан воды. Вернулся к кровати, присел на краешек и, покачав головой, смотрел, как Хината до дна крупными торопливыми глотками осушила стакан.
- Еще, пожалуйста, – попросила она, почувствовав себя чуть лучше. Неджи улыбнулся, но, не сказав ни слова, встал и еще раз принес ей стакан воды. Хината выпила и его, ощущая, как дыхание потихоньку выравнивается.
- Лучше? – с едва заметной усмешкой поинтересовался Неджи, забирая у нее стакан.
- Да, – кивнула Хината, пристально изучая покрывало на своей постели. – Неджи, я… я правда…
- Иди сюда, - Неджи привлек ее к себе и снова устроился на постели. – Знаешь, не обязательно все облекать в слова. По крайней мере, одного раза мне вполне достаточно.
Хината усмехнулась, спрятав пылающее лицо у него на груди. Неджи не сказал ей, что любит ее, но разве она не знала это? Все эти годы, где-то там под кожей, разве не знала? Не опиралась всегда на так вовремя подставленное плечо? Не чувствовала рядом с ним того особенного, непередаваемого ощущения близости и спокойствия?
- И ты меня тоже любишь, – прошептала Хината. Неджи усмехнулся, мягко перебирая ее волосы.
- Вечно вы что-то выдумываете, Хината-сама, - сказал Неджи, мягко поцеловал ее волосы и крепче обнял.
Они сидели так некоторое время, потом Хината поежилась и отстранилась.
- М? – вопросительно посмотрел на нее Неджи.
- Показалось, что кто-то смотрит, - смущенно призналась она.
- Так же, как тогда, - вспомнил Неджи. – Как тебе это удается?
- Что удается? – не поняла Хината.
- Ты знаешь, когда на тебя смотрят бьякуганом, так ведь?
- Ну, да… - смутилась Хината. – Но это ведь все могут, разве нет?
- Все? Кто тебе это сказал?
Хината честно попыталась припомнить.
- Ханаби, кажется.
- Стоило спросить еще у кого-то. Я вот ни разу не слышал о такой способности.
- Правда? – еще больше удивилась Хината.
- У тебя, оказывается, скрытые таланты, Хината. Научишь меня? – Неджи улыбнулся, и Хината, не в силах устоять, подалась вперед и поцеловала его прямо в эту улыбку.
- Научу с удовольствием, - пообещала Хината, хотя совершенно не была уверена, что этому можно научиться. Но одно то, что она чему-то может учить Неджи, было так ново и волнующе, что она готова была пообещать все, что угодно, в эту спокойную минуту тихого счастья.
Неджи резко отстранился, глядя в окно, а через секунду в раму с тихим стуком воткнулся сюрикен.
Неджи встал и медленно подошел к нему, выдернул из дерева и снял крохотную наколотую на острие бумажку.
- Это от Ивао-сана… - пробормотал он, разворачивая бумажку. Между бровей пролегла морщинка. Неджи несколько раз перечитал записку.
- Мне нужно идти.
- Что случилось?
- Пока не знаю, – холодно отозвался Неджи.
Хинате вдруг показалось, что между окном, где стоял Неджи, и кроватью, на которой сидела она, пол разверзся гигантской трещиной.
- Неджи… - позвала она, мечтая вернуть то сладкое чувство беззаботной радости, что было здесь еще минуту назад.
- Я должен идти, прости. У нас собрание.
«У нас» больно кольнуло Хинату. Она прикусила губу. На собрание главной ветви Неджи при всех его талантах никто не пригласил, так стоит ли удивляться, что у побочной ветви свои собрания?
- Конечно, – понуро сказала Хината. Хмурый Неджи поднял, наконец, взгляд от записки. Подошел к Хинате, поднял ее лицо за подбородок и поцеловал особенно нежно.
Хината прикоснулась к его лицу и, зардевшись, погладила по щеке. Как же хотелось схватить Неджи и никуда не отпускать. Но Хината улыбнулась и отодвинулась.
- Пока, – сказала она, и Неджи исчез, молниеносно выпрыгнув в окно.

Хината сняла кимоно, умылась, смывая остатки слез и надела привычный наряд. Повязывая на шею протектор, она снова вспомнила тот другой, с эмблемой Облака, и ее пробрала дрожь. Но она погладила знак Листа на старой повязке Неджи и улыбнулась. Она так и носила его протектор, тот самый, что он оставил ей в темной палате в ночь, когда сделал ненастоящую татуировку.
Хината подняла челку и посмотрела на свой лоб. Чистая ровная кожа. Даже челку в их клане носили немногие. Все члены главной ветви демонстративно оставляли открытым лоб, чтобы показать, что они… А что они? – в который раз задалась вопросом Хината. Почему она лучше Неджи? Ведь это же сущая глупость. Неджи в тысячу раз сильнее и талантливее любого, однако его лоб изуродовали этой печатью, и ничего теперь не исправишь. Это нельзя исправить, нельзя повернуть вспять и избавиться от этого нельзя.
- Ничто и никогда не изменится, - пробормотала Хината грустно.
- Хината-сама, - раздался стук в дверь. – Отец ждет вас в кабинете.
Сердце Хинаты провалилось куда-то в пятки. О, Ками, что еще он хочет ей сказать?
- Иду, – слабо пискнула она и нервно одёрнула толстовку, поправила протектор.
Спускалась Хината как всегда торопливо – отец не любил ожидание – и как всегда напуганно. Если бы хоть раз он позвал ее в свой кабинет, чтобы озвучить какие-то приятные новости, но нет. Всегда это было что-то плохое, вот и в этот раз после ее выступления на собрании клана Хината была уверена, что отец хочет еще добавить к своим словам что-то наедине.
Она вдохнула и постучала в дверь.
Комната была полутемной, отец зажег лампу на столе, но не верхний свет. Он снова, как и в последний раз, когда она была в его кабинете перед отъездом, стоял перед открытым окном и смотрел на улицу.
Несколько секунд Хината простояла молча, но Хиаши, казалось, задумался так глубоко, что не заметил ее прихода. Ну конечно, как всегда, она слишком никчемная и незаметная, чтобы обращать на нее внимание, подумала Хината и покорно вздохнула.
- Отец? – позвала она чуть более уверенно, чем обычно. Голос дрожал от обиды.
- Присядь, – не оборачиваясь, велел Хиаши. Хината удивленно подняла брови, но все же отошла к стене, где стояла неудобная, явно поставленная только для интерьера тахта.
Хиаши обернулся, отошел от окна и присел на краешек стола. Хината с изумлением наблюдала за его действиями. Чтобы отец сел на стол? Что-то будет…
- Объяснись, – велел он устало.
- Я хотела защитить Ко, – не стала ничего придумывать Хината. – Ты сам мне сказал, что я могу хоть к черту…
- Это была фигура речи, - перебил ее Хиаши. – Я, разумеется, не думал, что ты воспримешь это буквально.
Хината умолкла. Что она могла сказать в свое оправдание? Отец все знал, и объяснять ему что-либо сейчас было бесполезно.
- Это было твое решение? Спрятаться в убежище? – спросила Хината. Она была невообразимо смела сейчас. Ведь больше не было никакого смысла стараться впечатлить отца или клан. Он всем сказал, что она разочарование и позор. Все ее старания оказались напрасными, и это ранило, но… Странное спокойствие снизошло на Хинату после того, как она выплакалась в рубашку Неджи. Она не смогла. Точка. Конец. Крах надежд и полное фиаско. Но это означало и то, что больше ей не стоит беспокоиться об этом. Не бывать ей главой клана, никогда ей не стать достойной. Хината выдохнула. Да, это было поражение, но вместе с тем это была определенность, хоть какая-то определенность в ее вечно неопределенном статусе.
- А это имеет значение? – поинтересовался Хиаши.
- Для меня – да.
- Почему?
- Мне было бы приятнее думать, что такое решение приняли они, – пожала плечами Хината.
- Это неважно, кто принял это решение, Хината. В клане нет решений, которые принимает один человек. Мы – это клан. И если старейшины так решили, значит, так решил и я.
- То есть, ты одобряешь?..
- Я принимаю их решение как свершившийся факт, – повысил голос Хиаши. – В конечном итоге оно не имело никакого значения. Всех погибших воскресили, у нас все равно не было бы потерь. Однако на тот момент старейшины, разумеется, не могли предположить такого исхода и приняли решение…
- Бросить деревню на растерзание Акацуки, – тихо, но яростно перебила отца Хината.
Хиаши помолчал несколько секунд.
- Почему никто из Хьюга никогда не становился Хокаге, Хината?
Хината растерянно моргнула.
- Я полагаю, потому, что у нас не было достаточно сильных шиноби…
- Какого ты низкого мнения о нашем славном клане, дочь! – с усмешкой возмутился Хиаши. – Нет, Хината. У нас были выдающиеся шиноби, и гении, и таланты. Посмотри на Неджи. Ему семнадцать, и он играючи сдал на джоунина. Он растет с каждым днем. И он никогда не будет Хокаге. Почему?
- Я… - Хината растерялась. Никогда она не думала ни о чем, кроме того, кто займет место главы клана, о должностях вроде «Хокаге» ей и в голову не приходило задуматься.
- Потому что он Хьюга. И как любой Хьюга, он ставит на первое место благополучие и процветание своего клана.
Хината посмотрела на отца и вдруг потупилась.
- Почему я прилюдно унизил тебя сегодня?
- Потому что… ты показал, что не одобряешь мои действия…
- Я показал, что научу тебя тому, что нужно для руководства кланом. Хьюга никогда не признают лидером чужака или того, кто ставит чужака выше своих сородичей.
Хината почувствовала, как ее щеки краснеют.
- Значит… значит, я неправильная Хьюга, – прошептала она. В глазах предательски защипало. – Я считаю, что шиноби Конохи не меньше родные нам, чем родственники.
- Ты глубоко заблуждаешься! – отрезал отец.
Хината почувствовала, как последние слова, словно затрещина, заставили ее пригнуться ниже к коленям. Она с силой сжала кулаки и распрямилась.
- Это твое мнение, отец, и я глубоко его уважаю, – произнесла она покорно, борясь со слезами. К чему эти препирательства, ведь все уже решено. Она неправильная, она не такая, как нужно, она смеет считаться с деревней и заступаться за побочную ветвь, она всего лишь чунин и просто безмозглая девчонка. Так почему бы просто не оставить ее, наконец, в покое!
- Иными словами, ты со мной не согласна, – сказал Хиаши, и Хината вдруг поняла, что он улыбается. – Хината… - сказал он и устало потер глаза. – Ты должна понимать, где твои союзники. Они в главной ветви. Это развалина Хизео, который только и печется, что о своем статусе, это параноидальная старуха Химавари, что каждый день ждет, что бьякуган украдут другие деревни. Они твои союзники, и с твоей стороны недальновидно показывать им, что ты отдаешь предпочтение побочной ветви. Думаешь, Ивао когда-нибудь будет за тебя? Никогда. У него есть Неджи, и он душу продаст любому демону, если тот пообещает сделать его главой клана. Я ценю Неджи, он беспрецедентно талантлив, и мне искренне жаль, что он получил печать. Но он не должен стать главой клана. Если это случится, нас ждет раскол, окончательный и бесповоротный, и если нам очень повезет, то бескровный.
Хината испуганно слушала отца, в страхе распахнув глаза. Она никогда не думала, что может дойти до такого…
- Раскол… - повторила она беззвучно.
- Иногда я думаю, что я буду делать, если проснусь однажды утром и обнаружу, что побочная ветвь исчезла? Пошлю клан вдогонку и прикажу убивать? Их больше, чем нас, Хината, ты это понимаешь? Они подчиняются из-за печати, но если найдут способ обойти ее или просто решатся на открытый бунт, что мы будем делать? Что бы ты сделала?
Хината молчала.
- Ты толерантна к побочной ветви, я не осуждаю тебя за это. Это, пожалуй, правильное отношение. Они наши родственники, наши братья. Но ты должна понимать, что они все же младшие братья. И твоя дружба с Неджи не должна играть против тебя, напротив, ты должна использовать ее в интересах клана и, безусловно, в своих интересах.
Хината почувствовала, как по коже пробежал мороз.
- Ч-что?
- Ты не маленькая девочка, Хината, – жестко сказал Хиаши. – Неджи неравнодушен к тебе, и я не слепец, чтобы этого не замечать. Я даже подыгрывал ему временами. Потому что это твой шанс вывести клан из кризиса. Ты должна стать главой клана, а Неджи должен смириться с тем, что он им не станет. Поверь мне, мужчина многое может отдать любимой женщине, даже то, что он сам страстно желает.
Хината сидела, словно громом пораженная. Она вспомнила, как не более часа назад поцеловала Неджи в бледные улыбающиеся губы, и в ужасе накрыла рот ладонью. Глухое болезненное рыдание застряло в ее горле.
- Веди себя с умом, и все сложится лучшим образом. Однажды вопрос о том, кто будет главой, так или иначе встанет. И в этот момент Неджи должен знать, что ты страстно хочешь стать главой клана, и он должен быть все еще влюблен. Тогда он не сможет пойти против тебя. Это не потому, что мы бессердечные, Хината, мы делаем это ради клана, ты понимаешь? Если случится худшее, Неджи будет первым, кого убьют с помощью метки, ты же это понимаешь?
Хината залилась слезами. Она отчаянно замотала головой, не желая принимать эту ужасную прозаичную и жестокую логику.
- Не хочу… - прошептала она. – Не хочу так…
- Возьми себя в руки, это еще не все, что я должен сказать.
Хината утерла глаза. Все это не может быть правдой, все это дурной сон…
- Однажды появившись на собрании клана, теперь ты будешь ходить туда постоянно. Старейшины должны видеть, что ты живешь жизнью клана и все свои помыслы отдаешь клану. К тому же ты сможешь поближе познакомиться с главной ветвью и по возможности очаровать их. Помни, что они твои союзники, единственные союзники, которые у тебя могут быть.
Хината с горечью сглотнула и кивнула. Страшное темное предчувствие закралось в сердце. Отчего отец вдруг вываливает на нее столько всего?.. Что за торопливость в его голосе, словно он боится не успеть сказать ей что-то важное?
- Я не буду ставить Ханаби печать, хотя это и требуется. Ты поставишь ее после того, как станешь главой. До этого времени не стоит отправлять ее к нашим соперникам.
Хиаши оттолкнулся от стола и подошел к окну. Он посмотрел на небо и резко повернулся обратно.
- Сегодня было принято решение, что если случится война, то клан поведет Неджи.
Хината изумленно выдохнула.
- Почему?
- Я настоял. Он сильнейший сейчас, и его назначение порадует и на время успокоит побочную ветвь. По большому счету оно ничего не решает, официально клан на время войны всегда ставил во главе сильнейшего шиноби. Все понимают, что это временно, однако почетно и дает какие-то надежды. Я не стал бы, конечно, обнадеживать их подобным образом, но правда в том, что если война действительно будет, я не смогу защитить клан.
Хиаши снова присел на стол, скрестил руки на груди и бесстрастно произнес:
- Я болен. В столице я проконсультировался с лучшими специалистами в стране. Они дали мне максимум пару лет.

@темы: Хината, Хиаши, Фанфикшн, Неджи/Хината, Неджи, Макси, Инцест, Другие члены клана, Гет, Shelma-tyan

Комментарии
2016-11-17 в 14:30 

ритмичный вирус Шопена
Shush... Don't distract me with your logic!
ох ТТ
теперь все еще более волнительно.

2016-11-18 в 01:52 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
2016-11-19 в 13:25 

Ликотея
Боже, какие они все прекрасные: и Хината, и Неджи, и главная ветвь, и побочная, а самое главное - автор :chup2: Такая здоровская история с не менее здоровскими персонажами, и всё нам :shuffle: Спасибо за это большое, Shelma-tyan :red:

   

Hyuuga FanFiction

главная