Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Название: Исчезнувший идальго
Автор: katsougi
Фэндом: Наруто
Рейтинг: R
Пейринг: Неджи/Итачи
Жанр: немножко фантастики, немножко ангста
Предупреждения: ООС, AU
Размер: макси
Дисклеймер: герои принадлежат Масаси Кисимото
Саммари: Когда прошлое не отпускает, а проблемы решаются кровью. Когда единственный шанс выжить - поверить врагу. И полюбить врага.
От автора: Сиквел к "Династии избранных".
Разрешение автора на размещение его работы: получено

-1- -2- -3- -4- -5- -6- -7- -8- -9- -10- -11- -12- -13- -14- -15- -16- -17- -18- -19- -20- -21- -22-

Юдай беспокоился. Не на пустом месте возникли ассоциации, будто они с Хьюгой танцуют. Хотел повернуть схватку в выгоду себе, но не получалось перехватить однозначный контроль. Юдай помнил каждое слово Цунаде, каждый отзыв Касуми и тот день, когда Такеши хотел сам расправиться с чужаком. Он умел анализировать. Он сохранял чистоту разума, искал изъяны в тактике противника и не находил. Едва казалось, что вот-вот сейчас, как Хьюга избегал смертельной опасности. Юнец тоже знал, чем ему грозит необдуманная грызня. Но как ни поверни, он выглядел слабее. Рано или поздно ему придётся пойти в лобовую атаку. Тактика, в которой Юдаю не было равных.
Юдай успевал окинуть взглядом происходящее вокруг. Всё шло по плану, никто не высовывался. Даже Итачи, который должен бы между ними трупом лечь. Если бы чуть меньше ответственность и верность старым связям, Юдай мог бы использовать Итачи с самого начала. Он бы вцепился в него, справедливо оправдываясь неподчинением. Он бы мог измочалить его, раненого и растерянного из-за невозможности ответить в полную силу. Юдай мог бы повернуть бой так, как выгодно ему, ибо Хьюга не стал бы просто смотреть, как его любовника рвёт на части другой. Но Юдай ценил Итачи и весь клан Учиха. Он вынужден был грубо отшвырнуть помеху с пути, чтобы расчистить себе путь. Итачи подчинился. С напоминанием, но подчинился. И до сих пор оставался на одном месте.
В какой-то момент Юдаю удалось прорваться сквозь железную защиту юнца. Он ни секунды не раздумывал, сразу атаковал горло. Уже не рассчитывал с первого же удара достигнуть цели, понял, с кем имеет дело. Но тут Хьюга уступал. Он, наверно, вообще мечтал уползти подальше и зализывать раны, но сражался – Юдай проклял клан Хьюга тысячу раз – сражался как Старейшина.
Хьюга упал ничком, напрасно суча лапами, в половине случаев попадая в пустоту. Рвался, как пойманный зверь, которому лев перегрызал горло. Медленно, мучительно. Юдай хотел перехватить выше и закончить схватку с наименьшими для себя последствиями. Он давно сообразил, что нельзя даже шанса давать противнику – он неминуемо выскользнет. Юдай держал и сжимал зубы сильнее, как гидравлическим прессом. Казалось, кости соперника уже хрустят, перемалываясь в кашу. Юдай знал, как ломаются кости. Сейчас не получалось. Хьюга создал идеальную защиту. Клыки вязли в его непробиваемом панцире, ломали его, но никак не достигали важных точек. Ещё сильнее, ещё только мгновенье.
Хьюга рванулся, выкручивая клыки противника. Юдай едва успел их вырвать из его плоти. Он видел, как предыдущий соперник чужака совершил ту же ошибку. Броня, как засохший цемент. Стоило сразу ударить саблевидными клыками, чтобы поразить цель. Поздно Юдай осознал это. Слишком поздно увидел всю сущность мальчишки-гения. Хьюга Неджи внушал даже больше опасений, чем казалось вначале. Юдай знал, что недооценивать его нельзя, и был готов к хладнокровной схватке, а сердце заходилось в неровной тахикардии, адреналин гремел в висках, кровь кипела. Юдай заражался азартом, который затмевает рассудок и требует только стремительных действий. Он держался. С таким противником нельзя упускать из виду ни единой мелочи. Если Хьюга своими танцами рассчитывал стереть границу между азартом и расчётом, то у него не получилось.
Они стояли друг напротив друга, смотрели глаза в глаза. Юдай чуял запах крови противника. Старые и свежие его раны заполнились кровью. Она беспрерывно капала на траву, выглядящую зловеще в лучах показавшегося солнца. Рассвет имел полное право называться кровавым. Тот самый рассвет, которые киношники любят показывать в своих творениях.
Юдай ждал. И Хьюга ждал. Они оба пытались разгадать мысли друг друга. Из поля зрения незаметно выпали все остальные участники. Юдай лишь на миг вспомнил о Касуми, тщательно защищающей его бой. Но он не повернулся посмотреть на неё. Она не вмешалась – значит, и он не вышел за рамки. Никто бы не вмешался в чужой бой. Особенно в бой Старейшины.
Но могла бы вмешаться Цунаде. А она так и не явилась, на что он втайне рассчитывал и хотел предотвратить. Хотел сам разобраться, без большого покровителя. Одновременно он ждал её, ибо в глубине чувствовал, что что-то идёт не так. И чем дольше стоял напротив Хьюги, тем стремительнее разливалось это чувство. Надо было предотвратить эту стычку. Только не с таким поводом. Выходило, Юдай бросился на врага из-за личной цели. Из-за женщины, которую даже не знал, впервые в жизни увидел. Он обязан был найти цель, глубоко затрагивающую интересы общества. Об этом и твердила Цунаде, когда предупреждала о праве клана Хьюга мстить за смерть мальчишки.
Хьюга изменился. Он неуловимо подобрался, встал в стойку. Юдай инстинктивно почуял, что сейчас это будет по-настоящему. Тогда, когда он полностью осознал, что начал. Опасное балансирование по краю пропасти. Одна ошибка могла стоить сотни жизней, если клан Хьюга сочтёт смертельным оскорблением убийство отпрыска. Не надо было вот так открыто. Причина нужна глубокая, против которой никто не мог бы возразить. Против которой у клана Хьюга не осталось бы ни единого довода. Они бы ненавидели, но не могли ничего сделать. Им пришлось бы просто смириться.
Хьюга напротив принимал ответственное решение. Он рисковал никогда не подняться с земли. Юдай изучал его стойку, выискивая любой намёк на последующие действия. И он всё равно просчитался. Хьюга скользнул вниз, лишая Юдая возможности встретить его в воздухе и проиграть в прыжке, ибо он сам бы не смог развить достаточной скорости. Да и вес подкачал. Юдай, физически сильный мужчина, и Неджи, юноша, у которого в голове должны бы быть девочки и спортзалы. Типичный качок. Только Неджи не создавал впечатления искусственной силы. Она была настоящая. Она вся.
В последний момент, когда Юдай пригнулся, сосредотачивая силу в задних лапах, чтобы встретить противника всё-таки в прыжке и оказаться сверху, воспользоваться несовершенной тактикой врага, Хьюга взлетел. Он на сто восемьдесят градусов менял преимущества. Юдай не рассчитывал на силу, с которой пришлось встретиться. Он думал, что принимает на себя вес неопытного юнца, а ощутил силу стенобитной машины. Неджи не оставил ни шанса встретить его на равных. Он свалился сверху и увлёк соперника за собой. Они оба проехали добрый метр, поднимая дёрн. Юдай пытался сообразить, почему не сумел достаточно высоко подпрыгнуть, как рассчитывал. Как получилось, что именно ему не хватило времени подготовиться. Он видел холодные прозрачные глаза каменного барса, его резко удлинившиеся клыки. Один удар такими кинжалами мог лишить Юдая половины сил. Он принялся беспорядочно рваться. Точно так же, как чуть раньше сделал Хьюга. Только не подставлять важных точек под удар. Юдай всё ещё лежал, не в силах найти опоры. Резкая боль сразу в нескольких местах. Даже плотная чешуя не спасала от молниеносных атак противника. Хьюга использовал каждую секунду. В то время, как Юдай пытался сообразить, как так получилось, Хьюга наносил раны.
А потом и Юдай пришёл в себя. Понимал, что сам не нанёс ни одной серьёзной. Этот раунд он проиграл. И когда он собрался для серьёзного отпора и ответной атаки, Хьюга отступил. Тут же двинулся вокруг площади боя, не сводя с противника глаз. Юдай повторил его манёвр. Ходили кругами, зная, что придётся снова встретиться. Он тряхнул головой. Понял, что кровь заливает ухо. Мокрое и влажное. Все мышцы дрожали от напряжения. Инстинкты требовали броситься незамедлительно. Разум заставлял искать слабые стороны в обороне противника. Точно так же, как до сих пор делал Хьюга. Но если Юдай бросится сейчас, Хьюга тоже атакует. Больше он не уклонится.
Поняв это, Юдай оттолкнулся от земли. Долю секунды спустя Хьюга сделал то же самое. Не так сильно. Бесполезно пытаться задавить Юдая. Он не мог не заметить этого, от того становилось тревожнее вдвойне. Только потом Юдай понял тактику врага. Он метил в брюхо. Чёртов сопляк поднырнул под Юдая, тогда как должен бы брать выше, чтобы обрушить на соперника весь свой вес, увеличенный стремительным прыжком. Но Хьюга знал, что не выиграет таким методом.
Юдай запоздал на долю секунды. Ту самую долю секунды, которая становится роковой для большинства соперников, подготовленных чуть меньше. Юдай успел сообразить, чем ему чревато промедление. Хьюга бил точно. Он почти перевернулся в полёте. Уже касаясь спиной земли, вонзил когти под рёбра противнику. Юдай как мог смягчил удар, выгнувшись всем телом вверх. Но его зацепило. Будто наткнувшись на препятствие, он рухнул вниз. В районе живота тянуло. Хьюга не убрал когтей. Он собирался продолжать избранную тактику, доводить до конца. Юдай и тут не сплоховал. Почти швырнул морду к наименее защищённому боку Хьюги и вцепился зубами. Этого должно было оказаться достаточно, чтобы яростным взрывом боли отвлечь врага. И это действительно сработало. На ту же самую долю секунды малец ослабил хватку. Юдай рванулся, оставляя в его когтях полосы содранной шкуры.
Они снова остановились друг напротив друга. Хьюга, чуть привстав, и Юдай, так и замерев в невероятной позе сразу после прыжка. Воздух становился горячим. Придётся повозиться. И придётся соблюдать осторожность, играть по правилам куда более тонким, чем обычная грызня. Хьюга избрал единственную тактику, которая могла спасти его. А Юдай проклинал его так некстати развитую гениальность. Не хватало ещё возиться со всякими умниками.
Юдай приподнял губы. На глазах начали расти его клыки. Но он не ограничился этим. Вместо резцов и хищных зубов поднялись узкие пики, которыми удобно хватать и удерживать. Наверно, если бы змея обладала полным набором зубов, она походила бы на это. И наверно, динозавры владели подобным арсеналом. Наверно, у них заострялся бок зуба, чтобы облегчить разделку туши. Юдай сузил кинжалы, превращая их в настоящие ножи. Ножны – броня на губах. Он собирался остановить наглеца в ближайшие пятнадцать минут.


Неджи получил глубокую рану в боку. Мог не успеть, но он вывернулся каким-то чудом. Вместо горла Юдай сомкнул зубы на этом самом боку. Один укус – защита полетела к чёрту. Его модифицированные зубы просто разрезали толстую чешую. Неджи ощущал эту невыносимую боль, которая затмевает рассудок. От которой хотелось взвыть страшным голосом, прикусить кулак и носиться по кругу. Неджи этого не сделал, но на некоторое время потерял ориентацию. Он отскочил так далеко, как получилось. И он знал, что противник не даст ему ни минуты на размышление. Юдай атаковал сразу же. И вместе с ним прилетел знакомый запах. Смутное прошлое, в которое хотелось окунуться. Неджи едва успел, чуть озадаченный и всё ещё переживающий приступ адской боли, парировать удар. На этот раз не отпрыгнул, не уклонялся. Просто встретил Юдая лицом к лицу, как его противник того и хотел. Неджи понимал, что рискует уступить в этой позиции, но делал ставку на то же, что отвлекло его – запахи. Новые запахи, новые участники. Уже прикасаясь к летящему навстречу Юдаю, Неджи словно очнулся. Запах, кажущийся знакомым и добрым, окутал его целиком. Запах родного дома.
Неджи сам замешкался. Но, как он и рассчитывал, Юдай тоже промедлил. Неджи царапнул его только раз – и оба свалились на землю, увлекаемые весом друг друга.
Сильный запах Хиаши. Сразу захотелось расслабиться и уйти под защиту могучего дяди. Он чуть ли не улыбался, а в глазах появилась муть. Но Неджи помнил, чей это бой. И теперь от него зависело гораздо больше, ибо он не мог ошибаться при Хиаши.
Неджи снова ошибся. Вместе с Хиаши пришёл ещё один запах. Резкий и опасный. Сильнее, чем первый, но не менее знакомый. Этот запах метнулся между противниками, ударил в нос и выбил волну ледяного гнева. Все это почувствовали. Просто не могли пропустить столь могучую ауру, несущую быструю смерть. Так, как было когда-то давно. Так рассказывали Неджи, когда он был совсем ребёнком. Когда его отец ушёл на встречу вместо брата и пал жертвой. И когда точно так же налетел вихрь, сметающий всех на пути.
Узумаки Кушина врезалась между ними клином. Неджи замер, отброшенный, казалось, одним ветром от её стремительного движения. Она вздыбила шерсть на спине. Серебряную шерсть, ловящую блики восходящего солнца. Хиаши стоял в стороне, один. Неджи успел испугаться, что это вся армия, что прибыла на безмолвный зов. Но секунду спустя за спиной Хиаши встали его лучшие бойцы. Все как один, ровной полосой. С другого бока подошла другая шеренга. Они выстроились в длинные ряды, чтобы их численность выглядела обманчиво больше. Антураж, о котором Неджи упоминал в разговоре с Шисуи. Вот что он имел в виду. Против такого врага ни один оборотень не попрёт без подстраховки.
Хиаши просто стоял, наблюдал за разворачивающейся сценой. Рык со стороны армии Юдая ничего не изменил. Нервы у многих просто не выдерживали такого давления. Моральное уничтожение – вот как это называлось. Потом рявкнула Касуми, ставя нетерпеливых на место. Она перестала метаться туда-сюда маятником. Больше не ограничивала периметр, сквозь который не пропускала никого. Она сама встала во главе отряда Юдая, готовая швырнуть его в бой.
Неджи шагнул вперёд, намереваясь увидеть взгляд Кушины, внезапно вставшей стеной между соперниками. Она заметила. Она не позволила продолжать. Она со всей силы, с молниеносной скоростью развернулась и точно так же, как до этого Юдай поступил с Итачи, отшвырнула Неджи прочь. Он перекувыркнулся, неудачно вскинув задние лапы. А потом затормозил движение когтями в земле. И поднялся. Выпрямился, как всегда это делал. Гордая осанка, отвага в каждом жесте.
Кушина махнула хвостом, слишком коротким для барса. Едва Юдай показал недовольство, она ринулась на него, сметая время и пространство. Теперь Неджи сам видел, как она это делает. Как она одна расшвыряла группу врагов тогда, в далёком прошлом. Когда получила необратимую травму, навсегда лишившись возможности познакомить Наруто с братом или сестрой. Она рванулась сама и рванула плоть Юдая, минуя его чудовищные кинжалы и принимая его когти, будто вообще не ощущая боли. Она сама задавила его скоростью. Он не удержался на лапах, рухнул и оказался почти погребённым под Кушиной. Она не остановилась, вонзила зубы в его плечо, потом выше. Тертий перехват мог оказаться последним. Юдай тоже это понимал. За секунду до её финального манёвра он перевернулся на спину и рванул её плоть задними лапами. Сила удара могла отправить её на больничную койку быстрее, чем Такеши. Она это предвидела, поэтому отпустила противника и шагнула в сторну. Он мазнул воздух и тут же подхватился. Но ещё в движении, когда он поднимался, Кушина снова атаковала. Снова использовала свой вес и скорость. И снова возила Юдая по земле, разукрашивая его кровью траву.
На возвышенности, стоя перед готовым к наступлению отрядом, громко зарычала Касуми. События менялись так стремительно, что даже она со своим острым умом не успела сообразить, как поступить. Неджи поймал себя на том, что не двигается, просто наблюдает, как легко выбили из колеи его противника. Кушина оправдывала репутацию. Она – настоящая дочь старшего клана. И она легко теснила Юдая к краю площадки, негласно выбранной всеми участниками и зрителями. Юдай просто уступал под её напором. До определённой черты позволял себе только уклоняться, ибо атаки Кушины становились всё яростнее и непредсказуемее. Она стремительно меняла тактику и не давала ни секунды на передышку.
Потом Юдай ответил атакой на атаку. Они встретились на задних лапах, вцепившись друг в друга зубами. Никто из них не мог достать до горла соперника. Неджи видел и не узнавал Кушину. И думал, почему она, а не Хиаши. Она первая достигла места схватки? Или она первая оценила обстановку? В любом случае, она взяла на себя основную роль, а Хиаши оставалось лишь наблюдать.
И вдруг Юдай рухнул. Кушина не пропустила ни одного его удара, не потеряла ни секунды, не допустила ни одной атаки, в которой бы лидировал он. На каждую его она атаковала сама. Она только атаковала, не пытаясь уходить в защиту. И она буквально полыхала огнём праведного гнева. Никто не сравнится с Узумаки Кушиной. Неджи сейчас чуял это – никто.
Кушина прижала Юдая к земле, оседлала и вонзила клыки в шею. Потом она остановилась. Так же молниеносно, как она делала всё до этого момента. Не успела пережать трахею и пронзить артерию. Она просто ждала. Все ждали её решения: свои и враги. Все, кто стоял за Касуми – враги. Хиаши наблюдал с другой позиции. Вместе они действовали идеально слаженно. Неджи ощутил перемены в атмосфере. Они принесли с собой настолько свежий воздух, что отвыкший от него Неджи почти задыхался. Он не знал, что ему делать дальше, его просто выкинули из событий. Он поискал взглядом Итачи. Всё в порядке: Итачи стоял рядом с Шисуи. Оба они пребывали в таких же смешанных чувствах, как и Неджи. Как и все вокруг. Он опасался за реакцию Касуми, поэтому быстро соскользнул взглядом с Итачи и остановился на ней.
Касуми не суетилась. Она вообще не выказывала ни единого признака враждебности. Такая же величественная, как и Кушина. Они обе стоили друг друга. Юдай нашёл в ней свою сильную сторону. Она бы тоже справилась с должностью Старейшины, но не имела на это права по рождению. Приобретённая змея.
Касуми наконец сообразила, что бесполезно стоять и рассматривать противников. Она знала, что следующий шаг за ней. Кроме Юдая оставалась только она. Неджи тоже не высовывался. Боялся смотреть на Хиаши, боялся его осуждения и хмурого взгляда. Совсем скоро придётся выслушать лекцию обо всех ошибках, какие Неджи допустил по своей неопытности. Обо всём, что он сделал, не будучи Старейшиной. За прыжки выше головы определённо не похвалят.
Касуми шагнула вперёд. Почудилось, будто под её лапами земля дрогнула. Она беззвучно миновала распростёртое на земле тело невестки, уже начинающее коченеть, даже не посмотрела на него. Гордо вскинутая голова, сталь в глазах, уверенность в движениях. Она могла бы взять на себя собственного соперника, но не сделала ничего, что могло бы спровоцировать схватку. Она не пошла к поверженному мужу, не повернула к нему головы. Щадила его чувства попранного достоинства. И он перестал рваться – бесполезно. Кушина, насколько знал Неджи, одна из лучших бойцов в своём клане. Она не заняла пост Старейшины, наверно, только потому, что ушла с Минато. Кто бы мог подумать, что она, ненавидящая чужаков, полюбит одного из них и выйдет за него замуж. Неджи слышал истории о её сопротивлении, но мягкая настойчивость Минато выиграла в этой войне.
Касуми прошла всего в паре шагов от замершей пары сражающихся. Она не удостоила взглядом и Неджи, остановилась напротив Хиаши. Наверняка уже поняла, кто он такой. Запах исказить сложно. Только настоящие гении способны на это. С некоторым промедлением Неджи вспомнил о Минато, поискал его и не увидел, принюхался и не учуял. Вероятно, остался там, в каменных холмах. Стая не должна оставаться без вожака. И среди прибывших не было Наруто. Неджи успел пожалеть об этом и вздохнуть с облегчением. Хотелось увидеть старого друга, но положение, в коем все они оказались, могло подорвать искренние чувства. Итачи мог снова увидеть в нём что-то личное, что притягивало его. Настоящие чувства так скоро не умирают. Но Итачи ни за что не вернулся бы к нему.
Хиаши безмолвствовал. Ждал вызова или капитуляции. Касуми не позволит себе признаться в поражении. Вместо всего прочего она приподняла губы и издала низкий рык, прокатившийся громом в полной тишине. Лишь шелестящие деревья аккомпанировали её партии-соло. Хиаши и тогда не двинулся, ждал более определённых действий. Юдай должен был капитулировать, признавая однозначное поражение. А это можно сделать только одним способом – принять человечье обличье под держащим его врагом. Тогда Кушина его отпустит. Жёсткие традиции, бескомпромиссные. У Неджи сердце ёкнуло, ибо он понимал, что Юдай вряд ли сделает это.
Это сделал Хиаши. Поднялся человеком, окружённый опасными хищниками. Все они шагнули вперёд, отгораживая своего лидера от Касуми, становясь стеной. Они мгновенно кинутся на неё, если она хотя бы попытается напасть.
Она вняла доводам Хиаши, тоже поднялась человеком. Оба они стояли и продолжали молчать. Неджи нервничал. Ему казалось, что он не выдержит больше этого давления, обрушившегося на всех них. В рядах армии Юдая начиналось движение. У них осталась только одна точка опоры – Касуми. А она оставалась на высоте.
- Кушина, - наконец произнёс Хиаши.
Она услышала, не показала, как восприняла его зов. Она просто разжала зубы и ещё некоторое время возвышалась над Юдаем, который не двигался, всячески униженный и шокированный вторжением и столь же скорым фиаско.
- Всем известно, что клан Учиха, в своё время, не сумел одолеть клан Сенджу, - громко объявил Хиаши, - но это сделал клан Узумаки.
Разъяснил то, что хотели знать все. Обеспечил Юдаю оправдание. Осознание того, что его поверг не просто оборотень, а кто-то из старшего клана, могло облегчить его собственные терзания. Неджи оценил по достоинству этот шаг. Дядя оставался таким же несгибаемым и деликатным, каким был всегда. Не хватало Минато с его яркой лояльностью. Возможно, он не довёл бы до крайности. Возможно, он ограничился бы барьером между Юдаем и Неджи. В этот миг Неджи осознавал, как мало он походил на Старейшину. Но он на своём веку не встречал ни одного примера или упоминания, что кто-то в его возрасте принимал сей ответственный пост. Долгие годы обучения и выдержки – вот гарантия силы Старейшины. Никто не хочет бросаться в бой из-за вспыхнувшего недовольства юнца с играющими гормонами.
Потом Хиаши повернул голову. Неджи проследил это взгляд и успел во второй раз дрогнуть. Хиаши смотрел на Итачи. Они оба смотрели друг на друга. Итачи не выдержит этого поединка – Неджи осознавал это. Уже искушённый травлей в каменных холмах, он просто вспомнит ту ауру, что его постоянно окутывала. Аура неприязни и презрения. Итачи не мог стерпеть такого, ибо не был слабым. Неджи не вмешивался: это испытание для них обоих – для Итачи и Хиаши. Каким бы каменным лицом ни щеголял дядя, он не мог скрыть от племянника настоящей истины: он так же отчаянно не выносил Учиху Итачи. Но он внял доводам Неджи и не торопился обвинять. Как бы то ни было, Итачи вырвал Неджи из лап гибели. Кто знает, чем бы всё закончилось, если бы Такеши опередил его с покупкой интересной зверюшки. Неджи даже сейчас пробирало от одного упоминания. В человеческом обществе спасение другого считалось нормальным. Оборотень начинал считать себя ущемлённым, неполноценным, ибо не сумел справиться сам. У Неджи давно прошло это чувство, хотя долго после освобождения терзало его.
Кушина подошла к Неджи и свойски, даже игриво, полоснула хвостом по носу, потом сама человеком встала. Ни единой глубокой царапины. Она знала толк в битве. Потом она растрепала просматривающуюся сквозь чешую короткую гривку невообразимого хищника и произнесла лёгким тоном, домашним, уютным, таким, каким обычно говорил Наруто:
- Эх, и влетит тебе за то, что устроил здесь, - таким образом ставила его на место, разряжала обстановку. Чуть-чуть опустить неопытного мальца – стратегический шаг в предотвращении войны. Она словно тут же забыла о своих словах, закончила таким же уютным замечанием. – В кого ты превратился? Что за чудище? Неджи, Неджи, от тебя я не ожидала такого уродства, - и покачала головой.
Он опустил веки, мгновенно теряя поединок взглядами между Хиаши и Итачи. Хиаши не простит. Никогда не простит Итачи за его деяния в каменном мире. И не простит за Неджи.


Хиаши больше ни разу не взглянул на Итачи, когда уходил. Неджи стоял в сторонке, не мог определить своего места во всей этой истории. Он наблюдал за тем, как его команда собралась вокруг, немного в отдалении, но и секунды хватило бы сократить расстояние. Неджи наблюдал, как Касуми, не покидая поста перед Хиаши, гордая, не сдавшаяся, опасная, следит за движением в дружественном ей стане. Бойцы Хиаши и Кушины оставались за спинами лидеров. Если никто не хотел войны, настоящей, уже не иллюзорной, придётся соблюдать вежливый нейтралитет. Перемирие – вот что предложил дядя клану Сенджу. Касуми приняла его. Она утратила к вторженцам всякий интерес, едва поняла ход их мыслей. Кушина не удостоила её и взглядом. Она и с Хиаши не особо церемонилась, не взглянула на него, когда к Неджи подошла. И потом не посмотрела, когда остановилась посреди союзников, обернулась. Юдай волновал её не меньше всех остальных. Неджи видел его неподвижную фигуру на земле. Ожидал, что он вскинет голову и с молчаливым достоинством удалится. Он остался на месте. Не как Такеши. Он стал уязвим в собственных глазах. Будь он обычным оборотнем, он ушёл бы в леса сам себе доказывать силу. Разочаровавшийся и сдавшийся.
Юдай не имел права сдаваться. Тогда, быть может, Кушина слишком сильно прикусила? Но она всегда действовала с расчётом. Она не увлекалась битвой так, как делала это семья Сенджу. Она каждую секунду себя контролировала и могла остановиться, как остановилась сегодня.
Неджи видел, как Касуми поравнялась с Юдаем. Человеком подождала его и первой пошла прочь. Только потом он поднялся, не сменил личины, лишь чешуя разгладилась и рассыпалась грязными сосульками слипшейся шерсти. Неджи видел в нём падшего титана. Юдай сам должен был ощущать себя им. Поверженный Старейшина не обернулся, не прибавил темпа, не издал ни звука. Последними уходили его сподвижники, замыкали шествие в таком же молчании. А потом отголоски машинных двигателей, один за другим, почти минуту. Наверно, и с другой стороны образовалась стоянка, откуда к Неджи подкрепление пришло. Хиаши ничего не сказал о своих планах. Наверно, уже тогда знал, как поступит, и не раскрыл карт. Но если он сразу прыгнул в автомобиль, почему так долго ехал?
Неджи провожал взглядом Итачи, не посмел подойти. Он с ним только кивками обменялся. Итачи нервничал. Наверняка, думал, как теперь. Понимал, что Хиаши против. Понимал, что не прощает. И понимал, что ему тут не место. Наверно, понимал, что Неджи вынужден будет уйти.
Неджи шевельнул губами:
- Подожди меня… - тоже беззвучно.
Сегодня всё располагало к молчанию. Итачи не показал, услышал ли, он просто ушёл, а за ним Шисуи тенью. Шисуи обернулся, пару шагов спиной вперёд сделал и лишь потом позволил себе уйти. Пообещал всё то, что сегодня пришельцы сделали с кланом Сенджу и миром, к которому они все привыкли. Но Шисуи не шевельнёт и пальцем ради мести. Не за что мстить. Неджи и ему кивнул, но ничего не получил в ответ. Шисуи с ним закончил. Становилось обидно от пренебрежения. Они же нашли общий язык. Они научились действовать слаженно.
Завершающая процессия забрала тело большой кошки. Теперь она войдёт в дом Сенджу. Та, кого искал Итачи в последние дни согласия. Но Неджи не отпускал его. Пусть Итачи сам скажет «стоп», если считает себя уязвлённым, как и его Старейшина. Неджи, наверно, так бы и поступил. Он бы не захотел выслушивать доводов вторгшегося врага. Они не готовы принять союзный клан.
Неджи долго смотрел вслед Итачи, даже когда тот сел в машину и уехал. Неджи ловил каждый звук. Сам же просил его уехать, а теперь ждал. Ждал хотя бы звонка. Он вытащил мобильник из кармана. Испачкан кровью, но не повреждён. Сегодня Итачи не позвонит. Но Неджи чувствовал, что сойдёт с ума и волком взвоет, если не услышит его. Он собирался сам позвонить, чуть попозже.
Короткий сигнал сообщения, не доставленного вовремя.
«Ты обещал угостить меня обедом».
Что? Неджи на имя посмотрел, недоумевая из-за содержания, задержал на нём взгляд и только тогда вспомнил Каэде. Она не пришла сегодня сюда, но всё же присутствовала. Что она скажет теперь, когда увидит своего отца в таком состоянии.
Потом пришла в движение армия Хиаши и Кушины. Неджи лишь тогда покинул наблюдательный пост, не видел ничего вокруг, только дядю. Искал его, объяснений хотел… и чувствовал, как шатается от потери крови и обострившейся боли. Волна адреналина схлынула, осталась пустота и сожаление. Мерзкий осадок чего-то несделанного.
Он не согнулся пополам, не посмотрел на раны, не спрятался, желая зализать их в тёмном укрытии. Он вообще ничего не видел, кроме фигуры Хиаши в стороне. Сам подошёл и первым начал, совсем тихо, боясь разбудить его гнев:
- Не надо так, Хиаши, - тише, чем хотел. – Пожалуйста. Итачи не виноват, что я попал в такую скверную историю.
- Я не собираюсь мстить ему, - покачал головой дядя.
- Я знаю. Я о другом говорю…
Они оба понимали о чём.
- Не упоминай при мне его имени, - этим самым Хиаши давал понять, что не примет, какими бы заслугами Итачи ни отличился.
- Ты не запрещаешь, - подметил Неджи другое.
- Он – часть ТВОЕЙ жизни, а не моей. Он часть твоей армии. Защищай его, если считаешь нужным, только не жди понимания от меня.
- Хиаши… - Неджи только имя его повторил – так горько стало. А он рассчитывал на прощение Итачи. Хиаши просто не было до него дела, кроме неприятного ощущения бельма на глазу. Хиаши легко бы швырнул в лицо Итачи то самое оскорбительное определение «прозрачная кровь» и стал ждать ответной реакции. Он бы не остановился, вонзив зубы в его горло, а раздавил со всей силы.
- Я не могу без него теперь, - озвучил свою позицию Неджи.
- Даже если он тебя прогонит?
- Если прогонит… - не договорил.
Если прогонит, Неджи должен будет молча уйти, а спустя месяц позвонить, надеясь, что ещё не всё потеряно. Поступить так же, как поступил Наруто. Тогда шаг старого друга выглядел правильным. Наверно, правильно было и сейчас оставить Итачи в его мире, со всеми в согласии. Но Неджи не мог просто так согласиться. Ему хотелось пойти за Итачи и снова заснуть в его объятиях. Снова чуять его запах и выгибаться от ласк. Неджи хотел его всего ощущать и знать, что это взаимно. Он не видел просчётов. Он просто однажды понял, что нуждается в любви Итачи. И без него будет совсем не то.
- Так что ты сделаешь? – поторопил Хиаши.
- Наверное, пойду искать ответы на свои вопросы… с ним… и обязательно вернусь. Может быть, к тому моменту ты остынешь…
Неджи пропусти момент, когда Хиаши взял его за плечо и сжал пальцы. Пронзило резкой болью. Неджи не поморщился, посмотрел только в его глаза. Наверно, выглядел побитым щенком. Маленьким и несмышленым, только что выбравшимся из коробки.
- Осуждай, - наконец взмолился Неджи. – Обвини меня. Я должен был просто переждать, но они вынудили меня…
- Ты поступил так, как считал нужным. Не следует стыдиться принятых решений, если они приняты на холодную голову..
Не осуждал. Показалось, что он даже улыбнулся.
- Я бы разочаровался в тебе, если бы ты стерпел унизительны выпады чужого старшего клана, - разрядил обстановку Хиаши. – Я буду ждать тебя. И если я не принимаю Учиху Итачи, это не значит, что я прогоню его. Ты вырос, Неджи. Стал таким взрослым…
- Я не знаю, как поступать так, чтобы ничего этого не происходило, - взгляд на залитую кровью площадку, по которой после ухода противника никто больше не прошёлся.
- Я научу тебя, но и ты не забудь, кто ты есть. Не играй судьбой, Неджи, она всё равно приведёт тебя ко мне. А я… - Хиаши для убедительности сделал паузу, - заставлю тебя занять место Старейшины.
- У нас ведь есть Хината, - с заметным облегчением от благосклонности дяди напомнил Неджи.
- Хината будет представлять клан Намикадзе, ты же не забыл?
Наруто рано или поздно женится на ней. Неджи думал, в будущем всё равно останется один главенствующий клан, если старшие их дети соединятся и возьмут на себя обязанности лидеров. Но Хиаши решил по-другому и подтвердил это:
- У меня нет преемника достойнее тебя.
- Хиаши, - Неджи не остановился на этой теме, стеснялся, но удивлён не был. – А что теперь сделает Сенджу?
- Ты здорово потрепал гордость Юдая, - Хиаши опять изображал невнятную улыбку.
- Но пришла Узумаки Кушина и уложила его на обе лопатки всего за… - Неджи в демонстративной задумчивости посмотрел на запястье, на котором никогда не носил часов, сделал вид, будто они там есть.
- Дай-ка я тебе кое-что объясню… - дядя оглянулся, придвинулся и сбавил тон. – Я не знаю, кто вышел бы победителем, если бы Минато в своё время всё-таки принял мой вызов. Но Узумаки Кушина… сильнейшая из нас троих. О ней ходили легенды среди старших семей. И это просто чудо, что она полюбила такого упрямца, как Минато.
- Наруто в неё пошёл, - вырвалось у Неджи. Не представлял Наруто сдавшимся настоящему врагу.
- Только характер у него отцовский, - подтвердил Хиаши. – Все вы мальчишки, пока не остепенитесь. И тебе пора бы задуматься об этом.
Потом Хиаши ушёл. Неджи долго смотрел ему вслед и хотел окликнуть. Хиаши говорил об Итачи. Он не видел перспектив этой связи и не брал её в расчёт. Он словно видел будущее, в котором рядом с Неджи не будет Итачи. Сердце закололо от представления такого будущего. Не сейчас. Возможно, когда-нибудь потом, когда станет не так больно от этой мысли.
Неджи тоже развернулся, в другую сторону, и зашагал прочь от назойливых взглядов. А скрывшись за густым кустарником, встал на четыре лапы и потрусил в сторону города. Хиаши обязательно поймёт. Он верил – и от этого становилось теплее на душе. И Хиаши не станет звонить Итачи с требованиями немедленно уйти с пути Неджи. Хиаши испытывал к нему такую глубокую неприязнь, что не удостоит и словом.
Неджи не попрощался. Он просто ушёл.


Неджи снова прибежал большим псом. Сидя перед домом, будучи раненым, он остро ощущуал каждый нюанс отвратительного настроения и самочувствия. Его знобило, перед глазами танцевали жёлтые и чёрные мошки, во рту пересохло. Его мучила такая жажда, что терпеть становилось невыносимо. Он истекал кровью, смотрел на неё и чувствовал, как жизнь по капельке уходит из его истерзанного тела. Хоть он и не допускал Юдая близко… старался не допускать, получил несколько серьёзных ударов. Невозможно навязать дальний бой такому противнику как Юдай. Как, наверно, любой Старейшина.
После обеда начался дождь. Неджи с тоской посмотрел в небо, измотанный и обессилевший. Ждал Итачи, мысленно призывал его. Он мог позвать так, как вожак призывает стаю, но не хотел ломать хрупкого нейтралитета, который создали Хиаши вместе с Кушиной. Наверно, они уже ушли. Или ждали, пока не уйдёт Неджи. Пока они здесь, никто не посмеет носа высунуть из укрытия.
Неджи продрог. Мокрый и жалкий, он лежал рядом с детской песочницей. Его уже не волновало, где ждать. Он не подумал скрыться под навесом, не вспомнил о детях, которые завтра придут играть и увидят кровь. Он не думал о службах отлова животных. Ему становилось всё равно. Становилось мерзко. Неджи язык высунул, ловя щедрые капли дождя и с трудом глотая их. Больно. Жар сталкивался с ознобом и раздирал тело на кусочки. Неджи дрожал и помалкивал, хотя хотелоь скулись и уползти в тёмный уголок. Мельтешение перед глазами серых капель, размытые фигуры с зонтами, пробегающие мимо псы, останавливающиеся лишь затем, чтобы издали принюхаться к непдвижному собрату. Они сразу узнавали в нём оборотня и не рисковали подойти. Они имели великолепный шанс растерзать опасного зверя, но боялись. Всегда боялись.
Неджи не обратил внимания на звук автомобильного двигателя, ибо их тысячи проносилось мимо. Они останавливались, ехали быстро или медленно или трогались с места. Всё равно. Неджи становилось совсем холодно. Он дрожал всем телом и продолжал ждать. Если Итачи отвернётся от него, будет больно, но он хотя бы должен об этом знать. Он попытается объяснить, заставить подумать, но внушать силой не станет. Итачи сам в ответе за свою жизнь. И он останется несчастен, если будет ощущать давление. Особенно от того, кого любит.
Неджи осознавал, как глубоко привязался к этому человеку. Без Итачи дальнейшая жизнь выглядела не так. Неджи даже не бояся показаться Наруто и выдержать его натиск. По телефону – совсем не то. Наруто не сдержится, если увидит Неджи воочию. Он попробует воздействовать силой, чтобы выплеснуть обиду и всю накопившуюся горечь. Он захочет избавиться от того кома, что душил его после ухода Итачи. Теперь этот же ком душил Неджи.
- Неджи? – Итачи остановился перед ним. С зонтиком в руках, неподвижный и, казалось, немного удивлённый. Только секунду спустя, оценив состояние побитого пса, Итачи присел перед ним на корточки и накрыл зонтиком. Капли дождя тут же посыпались на плечи Итачи. Он протянул руку и погрузил её в грязную мокрую шерсть. Сразу стало тепло от его прикосновения. Дрожь прошла по телу, а Неджи не двинулся, смотрел прямо ему в глаза.
- Почему же ты не позвонил? – Итачи подхватил Неджи одной рукой в попытке поднять, но Неджи сам встал, отказался от постыдной помощи.
- Господи… - вырвалось у Итачи настолько чувственное и эмоциональное, что Неджи не сразу поверил.
Итачи обнял его за шею, сам пачкаясь, уткнул нос в густую шерсть и крепко-крепко прижал раненого пса к себе. Показалось, что из его глаз вот-вот потекут слёзы. Неджи не верил в слёзы Итачи, но захотел увидеть его слабость. Стыдно из-за своей слабости, а так хотя бы уравновесить. Он не вырвался, терпеливо дожидался дальнейшей реакции Итачи. Ждал под дождём, ибо Итачи, позабыв о зонтике, уронил его в грязь, продолжал неподвижно удерживать Неджи обеими руками и горячо дышать в истерзану шею. Он вдыхал аромат раненого заеря, словно наслаждаясь им. С Итачи становилось тепло и уютно. Итачи сам олицетворял собой этот чистый юут. От него веяло надёжностью.
Неджи терпел, хотя лапы снова начали подкашиваться. Лишь когда стало невмоготу, он шевельнулся. Дрожащие мышцы перекатились под шкурой, и Итачи отодвинулся на расстояние вытянутых рук.
- Да ты с ног валишься, - понял он.
Смотрел так, как Неджи и мечтал. Он сам потянулся к нему и лизнул в лицо. Так хотел снова ощутить его рядом, хотел его близости, даже если будет больно. Неджи всё бы вытерпел, лишь бы с ним рядом.
Итачи встал в полный рост, повернулся в сторону подъезда и предложил Неджи первому сделать шаг. Сам следом пошёл, открыл дверь и впустил окровавленного пса. Только там, в тёмной прихожей, Неджи принял свой истинный облик и не удержал слабости в ногах. Колени подломились. Он рухнул бы на пол с глухим стуком, если бы не Итачи. Итачи снова был рядом. Снова держал Неджи в крепких объятиях, снова ласкал губами его шею и дышал в затылок. Его влажный горячий язык оставлял огненный след. Неджи задрожал сильнее, но не вырвался. От мысли, что во рту Итачи теперь уличная грязь и кровь, становилось мерзко, но смесь других чувств смягчала впечатление. Перемешивала всё вместе и оставляла лишь горький осадок, полный желания. Неджи сам не заметил, как воспылал при виде Итачи. Они оба еле сдерживались.
- Хьюга, ты же едва на ногах держишься, - заметил Итачи шёпотом.
Всё заметил. Ничто не могло укрыться от его зоркого глаза и шестого чувтва. Итачи, наверно, сразу распознал желание Неджи.
Неджи не сопротивлялся, позволял исследовать свои раны и почти наслаждался этой болью, приглушённой прикосновением его рук.
- Не отталкивай меня… - еле слышно попросил Неджи. Совсем недавно то же самое говорил Итачи.
- Никогда, - молниеносно заверил Итачи. – Я бы никогда не оставил тебя в покое. Ели бы ты ушёл, я бы вызвонил тебя мобильником и примчался на всей скорости. И не мечтай избавиться от меня, невозможный кот.
Неджи почти застонал от облегчения. А он думал, что Итачи пересмотрел свою точку зрения и отторг чужое, чтобы сохранить свой собственный мир.
Он всхлипнул и вцепился в Итачи сильнее, сжал его кожу под мокрой одеждой и впился губами в его губы. Боль, слабость и желание – больше ничего. Огонь снова граничил с ознобом. Неджи тянул и тянул Итачи на себя, ощущал прикосновение к ранам, тоненькие струйки крови. В глазах стало совсем темно, но это ничего. Никто не включал света по прибытии. Неджи наслаждался свежим ароматом Итачи, его благоухающей дорогим мылом кожей, его живительным теплом. Неджи пытался вжаться в него и стать единым целым. Итачи поддавался, помогал и облегчал задачу Неджи. Он сам взялся за одежду, сам отшвырнул её прочь. Не обратил внимания на стук прячущегося в складках мобильника. Итачи повалил Неджи на пол и продолжал целовать, хотел проглотить его целиком. А потом они оба остановились. Итачи сверху смотрел, приподнявшись на руках.
- Неджи… - совсем тихо позвал он. – Не уходи, ладно?
- Хиаши не за мной пришёл, - качнул головой Неджи, осторожно высвобождаясь из плена, сел и повернул голову к Итачи, очутившись с ним на одном уровне, но не соблазнился губами, испачканными в крови. – Он понял, Итачи. Он отпустил меня, но попросил вернуться. Если хочешь, мы вместе вернёмся. Только выждем достаточный срок, чтобы они все смирились.
- Да, - Итачи опустил веки, сразу расслабился, будто только это глодало его со времени появления Хиаши и Кушины. – С тобой куда угодно… даже к Наруто.
- Он поймёт… - шепнул Неджи в губы Итачи. Они снова целовались. И снова Итачи пытался подмять Неджи под себя. Сегодня Неджи собирался позволить ему, если он забудется. Сегодня всё ради Итачи, чтобы смягчить впечатление от удара по его привычному миру. А Итачи остановился, подхватил Неджи, вынуждая его на ноги подняться, и поволок к кровати. Не хотел на полу. И не хотел дожидаться, пока Неджи примет душ. Неджи расслабился и подчинился. Потом Итачи упал на спину, увлекая Неджи за собой, позволяя упасть на себя и оберегая от удара по свежим ранам. Итачи тоже был изрезан острыми когтями, но они выглядели не так плохо. Неджи поцеловал каждый из шрамов, задержался на самом глубком из них и облизал его расходящиеся края. Ощущал вкус крови и не чувствовал тошноты. Итачи играл с волосами Неджи, свисающими ему на грудь, теребил плечи и тянул к себе. Он ждал, когда Неджи будет готов оставить сегодняшний день в прошлом. И Неджи услышал его призыв.


«Корвет» остановился на развилке, оставляя мегаполис позади. В зеркальце заднего вида ещё можно было различить неровную полосу строений. Рядом мчались одна за другой машины, за окном хмурилось небо, но не пролило больше ни единой слезинки с тех пор, как Итачи избавился от сомнений. Он думал, что Неджи уйдёт и не позовёт за собой. Итачи не знал, стал бы догонять его, чтобы врезать хорошенько или прижать к груди. Итачи просто ждал его решения, с которым мог и не соглашаться. Неджи не обманул его надежд. Он сам боялся отторжения.
Итачи протянул руку и пригладил волосы сидящего рядом Неджи:
- Ну? Куда поедем?
- Ты хорошо подумал? – осведомился Неджи вместо ответа.
- Ты разрушил всё, что мне было дорого, Хьюга. У меня только ты и остался.
- А ты, стало быть, осуждаешь меня за Юдая?
- Ни на миг не думал тебя отпускать, – обошёл все острые пороги Итачи. – И не надейся вывернуться, проклятая змея.
- Не расслабляйся, Буранчик, мы ещё раз проверим, какого цвета твоя кровь, - соблазнительно мягко произнёс Неджи и повернул голову. До этого смотрящий уголком глаза, сейчас он превращался просто в коварного обольстителя и знал об этом.
- Прозрачная? – на свой манер усмехнулся Итачи. Тихая усмешка, беззлобная.
- Я плохо рассмотрел. В глазах темно было, - с точностью скопировал его манеру Неджи.
Итачи откинулся на подголовник. Умиротворение и притягательное счастье овладели его разумом с тех пор, как он нашёл Неджи под дождём. Он помнил каждый миг, проведённый с ним. Помнил каждую его ранку, даже самую крошечную. Помнил, как Неджи терпел, сжимая зубы и бледнея от боли. Но выдержал обработку до конца, а потом они снова лежали обнявшись, на поменянных простынях, на одной подушке, перемешав волосы в один большой ковёр. Они заснули, ощущая дыхание друг друга, вдыхая воздух друг друга и чувствуя ебя невероятно счастливыми.
- Я раскрою все твои хитрости, - пообещал Итачи. – Больше не рассчитывай меня одолеть.
- Я помогу тебе, - тут же выдал Неджи. – Чтобы ты стал неуязвим.
- Я уже неуязвим, - улыбнулся Итачи одними уголками губ и тронул авто с места.
Он станет настолько неуязвимым, что ни одну змею не спасёт её преимущество.

F I N


"Сражённая змея" (сайд-стори)

@темы: Фанфикшн, Слэш, Неджи/Итачи, Неджи, Макси, katsougi