Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Название: Клан Хьюга
Глава: 28
Автор: Shelma-tyan
Персонажи (Пейринг): Неджи/Хината
Рейтинг (для главы): PG
Жанр: романс
Размер: макси
Состояние: в процессе
Дисклеймер: все принадлежат Кишимото
Саммари: Про Неджи, Хинату и клан Хьюга. После второго экзамена на чунина, Хината в попытке помириться хочет увидеть Неджи. Но он приходит к ней в палату вовсе не за тем, чтобы забыть клановые раздоры и извиниться. Как ей не начать ненавидеть, как ему перестать презирать. Все об этом.
Читать на фикбуке: здесь
Предупреждение: ГЕТ/всем бояться/, некоторое АУ от манги, ООС
Разрешение автора на размещение его работы: получено

Главы 1-3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27

*28*

Хината придирчиво осмотрела свою тумбочку. Все лекарства были расставлены в ровный рядок, книга с закладкой аккуратно сдвинута на край.
Сегодня к ней обещал зайти отец, и она не хотела, чтобы что-то выбивалось из идеального порядка.
- Нервничаешь? – не глядя спросил Неджи. Он, как обычно, был поглощен книгой из клановой библиотеки Хьюга.
- Он сказал, что есть какие-то новости… - пожала плечами Хината.
- Вас желает навестить важный гость, – улыбнулся Неджи.
- Кто?
- Пусть об этом скажет Хиаши-сама.
- А ты откуда знаешь?
- Я ведь Хьюга. – Неджи подмигнул.
- Любопытный Хьюга.
- Осторожный Хьюга, – поправил Неджи и перевернул страницу книги. Он достал какой-то свиток, развернул и стал внимательно изучать его содержимое, сравнивая с тем, что было в книге.
- Что ты делаешь? Новое дзюцу?
- Не новое. Изучаю основы.
Хината уныло отвернулась. Неджи никогда не говорил, что именно он пытается найти в пыльных томиках из клановой библиотеки. Хината не пыталась дознаваться. Положа руку на сердце, она уже знала, что ответ ей не понравится.
В дверь палаты негромко постучали и, не дожидаясь ответа, вошли.
Хиаши был одет в привычное кимоно, но в его руке Хината с изумлением увидела трость. За главой клана в палату вошли Хирузен, Хизео-сан и Хидеки-сан.
- Хината, – поприветствовал ее отец. Вся группа красноречиво посмотрела на Неджи.
Он закрыл книгу, откинул одеяло и встал, намереваясь удалиться.
- Что это? – строго спросил Хизео-сан.
Хирузен подошел к койке Неджи и по-хозяйски, не спрашивая разрешения, взял книгу.
- Из библиотеки клана, - ответил он, небрежно пролистав страницы.
- Тебе запрещено пользоваться клановой библиотекой, мальчик, – проскрежетал Хизео.
Неджи молчал, но было видно, как напряглись его скулы.
- Как скажете, старейшина. – Он холодно поклонился.
- Я заберу эту книгу и верну ее на место.
Еще один поклон со стороны Неджи. Он вышел и закрыл за собой дверь. Несколько мгновений все молчали, очевидно дожидаясь, когда Неджи отойдет подальше от двери.
- Нас не должны подслушать, Хината, – сказал отец и тяжело опустился на койку Неджи. Хината не могла отвести взгляда от его трости.
Хотелось обнять отца и спросить о важном – как он себя чувствует, мучают ли его боли, что говорят медики… Но она не могла позволить себе такие вольности. Она подумала, что не присутствие старейшин и Хирузена останавливает ее. Отец, даже будь они наедине, не позволил бы себе обсуждать свою болезнь.
- На нас смотрят прямо сейчас… - негромко сказала Хината. Хирузен сложил печать и сосредоточился. Еще через несколько мгновений щекотка от взгляда бьякугана исчезла.
- В саду прогуливается один из чунинов младшей ветви. Еще трое разговаривают с Неджи на первом этаже, – доложился Хирузен и расслабил глаза. – Очень уж они стали любопытны.
- Наш приход не остался незамеченным. Они боятся, что на Неджи снова совершат нападение. Сейчас он слаб и уязвим…
- Как и Хината-сама, – улыбнулся Хирузен. – Непростая ситуация.
- Сегодня Хокаге прислал мне записку. К нам направляется делегация из Суны во главе с Кадзекаге. И он хочет увидеть тебя.
- Кадзекаге… меня? – удивилась Хината. – Но зачем?
- Пока не знаем. Но в послании он упомянул, что это связано с твоей травмой.
Хината со стыдом посмотрела на свои ноги. Они все так же не слушались, и все ее попытки работать с чакрой или найти таки танкецу оканчивались ничем. Неджи не помогал, а Хината не осмелилась сказать правду отцу. Она даже не была уверена, что мудрые мужи не знают чего-то, что знает она сама.
- Суна будет просить у Конохи помощи. Скорее всего, медиков. После войны все деревни ослаблены. Не знаю, согласится ли Какаши выделить им медиков, но Гаара не дурак. Если он едет сам, значит, ему есть что предложить, – проговорил Хизео. - И предлагать он будет не Конохе, а нам.
- Нам? – уточнила Хината.
- Клан Хьюга славится своими медицинскими навыками. Наши медики одни из лучших, и у нас их немало. К тому же, любой ребенок с бьякуганом полезен в больнице. Гаара будет просить дать ему парочку бьякуганов на медицинские нужды, я почти уверен в этом.
- Но все наши шиноби должны подчиняться Хокаге. Мы ведь не можем просто взять и… отправить кого-то, – удивилась Хината.
- Шиноби – да, - улыбнулся Хидеки-сан. – Но в нашем клане много людей, кто не имеет к службе деревне никакого отношения. Они не зарегистрированы как действующие шиноби Листа и фактически являются гражданскими. Ими мы можем распоряжаться по своему усмотрению.
Хинату задели эти слова – распоряжаться по своему усмотрению.
- И что же Кадзекаге может предложить нам?
- Скорее всего, твое исцеление, – ответил отец. – Вопрос в том, что он попросит взамен.
- Я бы с удовольствием сослал в Суну этого щенка Неджи на веки вечные, но он джоунин. Его судьбой мы распорядиться не можем. А Хокаге, конечно, не захочет отдавать сильного джоунина на медицинские нужды другой деревне, – проворчал Хизео-сан.
Хината очень захотела спросить, не выяснили ли они, кто именно использовал против Неджи печать. Но не спросила. Потому что понимала – это нельзя выяснить. Это мог быть любой из присутствующих, даже симпатичный ей Хидеки-сан, который был против назначения Неджи главой клана.
- Что я должна делать? – безжизненно спросила Хината.
- Торговаться. Улыбаться. Все, что угодно, чтобы получить от песчаников максимальную выгоду по минимальной цене, – ответил ей отец. – Меня он видеть не захотел, тогда как, если он действительно хочет получить что-то от клана Хьюга, то ты ему не можешь это дать. Пока ты не глава.
- О чем там? – спросил Хизео-сан, заметив, что Хирузен листает книгу Неджи.
- Ручные печати и циркуляция чакры при их складывании. Хм, - он перелистнул пару страниц. – Кто-то массу времени потратил на описание такой банальности.
- Забери ее и верни в библиотеку, – велел Хизео. - Если я еще раз увижу у мальчишки том из архива, Хиаши, то придется тебе запретить всей младшей ветви им пользоваться.
- Не думаю, что после этого Неджи позволит нам это увидеть, – ухмыльнулся отец. – Меня очень тревожит его интерес к архиву Хьюга. Он уже изобрел технику против бьякугана. Что еще он может придумать?..
Отец сказал это задумчиво, но всем вдруг стало не по себе.
- Нам нужно назначить тебя главой как можно скорее, - сказал Хиаши. - А для этого ты должна поправиться. Калека не может возглавлять клан Хьюга, надеюсь, ты это понимаешь.
- Я понимаю, – кивнула Хината.
Когда посетители ушли, в палату вернулся Неджи. Он уже не хромал, бинтов на груди убавилось, а больничную пижаму он заменил на шорты и майку.
Он скинул шлепки, забрался в постель и вытащил из-под матраса книгу.
Хината с изумлением увидела на ней мон Хьюга.
- Еще одна? – усмехнулась она.
- Ту я уже дочитал, – с самодовольной улыбкой ответил Неджи. – Хизео-сан так мил, что вызвался отнести ее обратно вместо Ко.
- Мне стоит доложить об этом. Ты нарушаешь распоряжение старейшин. – Хината улыбнулась, но почувствовала, что ее улыбка скисает. Конечно, она не собиралась ябедничать на Неджи, как не собиралась отбирать у него потрепанную книжонку, но… ведь старейшины были правы. Что-то он искал в старых пыльных томах, и это могло быть только одно – способ обойти проклятую печать.
- Прежде чем это сделать, умоляю, отправь Ханаби в книжный и пусть она что-нибудь купит почитать. Хотя бы томик «Приди, приди рай».
Хината рассмеялась.
- Думаешь, Гаара сможет меня вылечить? – спросила она, отсмеявшись.
- Для меня это несвоевременно и досадно, но я очень надеюсь, что да, – ответил Неджи и, оторвавшись от книги, тепло посмотрел на нее.

Гаара зашел к ней через три дня именно в тот момент, когда она меньше всего ждала визита Кадзекаге. Хината от нечего делать каталась на кресле от одной стены палаты к другой, отталкиваясь техникой Пустой ладони. Прошел почти месяц, и от нехватки тренировок у нее все тело невыносимо ломило.
- Концентрируйся больше в центре ладони, – буркнул Неджи, не отрывая взгляда от книги, из которой он что-то быстро выписывал в свиток.
- Ты даже не смотришь!
- Не на что смотреть. Центр ладони. Я слышу, как срабатывает твоя техника.
- Как же ты надоел со своей гениальностью! – в сердцах посетовала Хината, оттолкнулась от стены, пытаясь сконцентрировать чакру в центре ладони. Толчок вышел действительно сильным, кресло развернуло, и она на дребезжащих колесиках покатилась к двери. Именно в этот момент дверь отворилась, и в палату вошел Гаара.
Хината попыталась остановить колеса, но те слишком разогнались. Гаара поймал ручки кресла и остановил ее за секунду до того, как она врезалась бы в него.
- Кадзекаге-сама, - выдохнула Хината. – Извините.
Гаара молча отпустил кресло. В отличие от военного времени, в Коноху он прибыл при всем официальном параде. На плечах был белый плащ Каге, а на спине вместо тыквы висела четырехугольная шляпа.
- Хината Хьюга, - сказал он так, словно очень старался не забыть ее имя по пути и все время повторял про себя.
- Э… Да, а это Неджи. Хьюга. Как и я, мы из одного клана. – Хината толкнула колеса и подкатилась поближе к своей койке. Гаара осторожно переступил порог палаты. Не закрывая за собой дверь, он сделал еще несколько шагов и медленно осмотрелся. Взгляд его остановился на Неджи.
Тот свернул свиток, отложил книгу и встал, чинно поклонился Кадзекаге.
- Я оставлю вас. С вашего позволения, Хината-сама. – Он посмотрел на Хинату, словно спрашивая, хочет ли она, чтобы он уходил.
Хината на мгновение замешкалась, а потом, вспомнив отца и старейшин, кивнула.
Неджи взял карандаш, книгу и свиток и вышел в коридор, закрыв за собой дверь.
Гаара проводил его взглядом.
- Это он, – заметил он задумчиво. – Тот, на ком ты использовала технику Чие-сама.
- Д-да, - неловко ответила Хината.
- Я видел вас в лагере перед отправкой раненых в Коноху. Наруто сказал мне, что ты использовала технику на нем и сама пострадала. Потом он написал, что твои ноги парализованы, и ты не можешь ходить.
Гаара проговорил это настолько бесстрастным тоном, что Хината подумала – очень странно, что он вообще запомнил хоть что-то про нее или Неджи.
- Все верно, Кадзекаге-сама, – осторожно подтвердила Хината. Она неловко комкала край своей футболки, не зная, что отвечать, ведь вопросов ей не задавали.
- Ты можешь называть меня Гаара, – напомнил он.
- Я… я не осмелюсь, - искренне смутилась Хината. Казалось, Гаару это заинтересовало.
- Почему? Ты не ниндзя Песка, тебе не нужно соблюдать субординацию.
- Да, но… - Хината почувствовала, что краснеет. – Вы Кадзекаге.
- Да. И что? – Гаара, казалось, искренне недоумевал. – Что это значит для тебя?
Хината на мгновение потеряла дар речи. У Гаары был прямо-таки талант задавать неловкие вопросы, на которые она не могла подобрать достойный ответ.
- Вы… вы важный и уважаемый человек в своей деревне. Вы занимаете высокий пост…
- Я самый сильный шиноби. Это все.
В коротком ответе Хинате почудилась скрытая горечь.
- Я не думаю, что дело только в этом.
- Почему?
- Простите?
- Почему ты думаешь, что дело не только в силе?
Хината смущенно прикусила губу.
- Мне так кажется. Ваши шиноби отзываются о вас с уважением. И вас назначили главнокомандующим, думаю, что другие Каге были не менее сильны, и все же выбрали вас.
Гаара секунду обдумывал эти слова.
- Я просто показался им… подходящим, – пожал он плечами. – Я привез тебе это.
Он вынул из кармана длинную стеклянную пробирку, наполненную прозрачной жидкостью.
- Приготовили по записям Чие-сама. Это вытяжка из пустынных кактусов. Она использовала, чтобы восстанавливаться после тренировок этой техники. Ее каналы страдали так же, как твои, когда она тренировала эту технику.
Хината посмотрела на пробирку. Неужели в этой маленькой стеклянной баночке плескалось ее исцеление?
Гаара стоял, держа пробирку, и не пытался отдать ее Хинате. Она сглотнула.
- И… что вы хотите за нее?
- За нее? – он недоуменно посмотрел на пробирку. – Ничего. Я должен что-то хотеть?
Хината изумленно уставилась на него.
- Нет, но… я подумала, что… вам хочется также получить помощь…
- Нет. Мне хочется ее оказать. Помощь. Ты думаешь, что это неправильно?
Хината, онемев, таращилась на него.
- Рецепт я не дам. Это секретная информация. Если не поможет, я пришлю еще, но готовить будут наши медики.
- Это… разумно, – смогла выдавить из себя Хината. Делиться рецептами секретных снадобий никому не приходило в голову, будь это яды или лекарства.
- Но, Кадзекаге-сама, могу я задать вопрос? – осмелилась сказать Хината.
- Да.
- Почему вы решили помочь мне?
- Потому что могу, – ответил он, нахмурившись. – Разве… для этого нужна причина? Я думал, так обычно поступают. Я решил, что мне стоит помочь, раз я могу это сделать и это не повредит моему селению.
Хината не нашлась, что ответить на эту логику. Она вспомнила отца и старейшин, и ей вдруг стало очень стыдно за их расчетливость.
- Спасибо.
Гаара кивнул и, наконец, отдал ей пробирку. Хината бережно приняла ее и внимательно рассмотрела. Жидкость внутри выглядела безобидной, абсолютно прозрачной, словно вода, и на мгновение Хината испугалась, что это все лишь снится ей, и никакого исцеления не будет.
- А оно точно поможет?
- Гарантий дать не могу. Мы готовили по последним записям Чие-сама, ей помогало. В твоем случае… Мне говорили, что ты использовала технику достаточно долго, что раны были смертельны.
Хината кивнула.
- Почему так важно было спасти его? – Гаара посмотрел на пустую койку Неджи. – Потому что он твой родственник?
Хината осторожно положила пробирку на тумбочку.
- Нет, вернее… не только поэтому.
- Это любовь? Ты любишь его? – спросил Гаара тоном, каким мог поинтересоваться погодой. Хината смущенно затеребила край футболки.
- Угу... – невнятно кивнула она, глядя в пол.
- Ему повезло, – сказал он задумчиво. Хината против воли усмехнулась. Гаара Песчаный, Кадзекаге Суны завидовал Неджи? Неджи, который был вынужден подчиняться Главной ветви и, конечно, никогда не станет Хокаге?
- Не во всем, - ответила она с кислой улыбкой.
- В самом важном – повезло, – не согласился Гаара. – Я хотел бы испытать это.
Он неосознанным жестом мимолетно коснулся своей татуировки.
- Но ведь… вас любят, – смущенно заметила Хината.
- Только как Кадзекаге. Не как Гаару.
- Чие-сама отдала жизнь, чтобы спасти вас.
- Она хотела спасти своего внука Сасори. Для него она разрабатывала эту технику. Я просто… оказался в нужном месте в нужное время.
Он подошел к койке Неджи и осторожно присел на нее.
- Я могу еще побыть тут? Мне нравится разговаривать с тобой.
Хината очень постаралась не покраснеть.
- Конечно… - пискнула Хината. И тут ее пронзило знакомой искрой.
- Прошу прощения, - улыбнулась Хината и активировала бьякуган. Неджи сидел в саду на скамейке и смотрел на них. Увидев, что Хината глядит в ответ, он показательно нахмурился, указал пальцем на свои глаза, а потом на нее.
«Я за тобой наблюдаю».
Хината закатила глаза и вернула зрение к обычному.
- Извините, это Неджи. Он подсматривает.
- Зачем? – спросил Гаара, машинально обернувшись к окну.
- Эм… должно быть, ревнует, – усмехнулась Хината.
Гаара повернулся и мгновение подумал.
- Ко мне? – уточнил он.
«Нет, к тумбочке», - мысленно усмехнулась Хината.
- Полагаю, что к вам.
Гаара мгновение посмотрел куда-то в пространство.
- Это… приятно, – определился он, наконец, с ощущениями. – Тебе стоит выпить это сразу. Эффект не мгновенный. – Он указал взглядом на пробирку.
Первым порывом Хинаты было схватить пробирку и выпить до дна. Она почти потянулась к ней, но остановила себя.
- Я не могу. Сначала ее должны проверить наши медики.
- Нет. Они смогут вычислить состав, а этого я допустить не могу.
Повисла тяжелая пауза.
- Я не хочу причинять вред. Это не отрава, – сказал Гаара спокойно, словно его совершенно не задела ее подозрительность.
Хината знала, что пить и есть что-то, полученное от незнакомого человека, – табу номер один среди всех ниндзя. Там могло быть что угодно, что-то, что превратит ее в шпиона в собственной деревне, что убьет ее или заставит сойти с ума.
Она взяла пробирку в руку и вынула пробку.
- Ты не доверяешь мне, – сказал Гаара. – Это разумно. Мы почти не знакомы, и я из другого селения.
- Если бы я принесла вам нечто подобное, вы бы выпили?
- Нет, – коротко ответил он. – Я Кадзекаге. Я отвечаю не только за себя.
- Но и я тоже! – простонала Хината. – Я наследница клана. Я отвечаю за всех Хьюга и сейчас нужна им как никогда.
Гаара выглядел удивленным.
- Наследница клана? Я не знал об этом. Наруто не упоминал.
- Ему это не кажется важным, я полагаю… - Хината с мучительными сомнениями глядела в пробирку. Посмотрела на Гаару. Его, казалось, не задевают ее сомнения.
- Я могу повторить, что это не причинит вреда, но это ведь не убедит тебя. Если ты не выпьешь при мне, я буду вынужден забрать. Мой военный совет настаивал на этом, и я согласился.
Хината зажгла в глазах бьякуган.
- Вы правда просто хотите помочь мне? Правда?
- Да.
Хината зажмурилась и в три глотка опустошила пробирку.
Гаара выглядел очень удивленным.
- Ты поверила мне на слово?
- Да. А еще я вижу, когда люди лгут. Я ведь Хьюга. – Хината указала на свои глаза и расслабила их.
- А… я забыл об этом. Да, мне говорили, что бьякуган может видеть малейшие изменения в мимике и интерпретировать их.
- Очень полезное свойство. – Хината с любопытством уставилась на свои ноги, словно они могли сейчас же пуститься в пляс без ее ведома.
- Эффект не мгновенный, – напомнил Гаара.
- Очень жаль… - посетовала Хината.
Гаара пробыл еще некоторое время. Они разговаривали в основном о том, что Хинате казалось самыми неподходящими темами на свете для светской беседы. Гаара спросил ее о клане, о Неджи, о Наруто и о том, каково это - быть слабым ниндзя.
На любой вопрос Хината мучительно подбирала ответ, краснея и бледнея. И все же откровенность Гаары, граничащая с грубостью и бестактностью, нравилась Хинате. Ее большей частью окружали люди, не говорящие ни слова просто так. Гаара был как раз не такой и, хоть эта беседа и была неловкой и смущающей, все же Хината почти привыкла к манере Гаары задавать ужасно неудобные вопросі с самым невинным видом.
Вернулся Неджи, который то ли замерз, то ли просто устал сидеть на скамейке.
Кадзекаге встал, попрощался и пошел к двери, но вдруг остановился и обернулся.
- Мне кажется, у нас теперь есть это, – сказал он. – То, о чем мне говорил Наруто. Связь.
Хината от изумления приоткрыла рот.
- Э… - Она умышленно не смотрела на Неджи, но видела его боковым зрением. Он медленно опустил книгу и уставился на Гаару таким многозначительным взглядом, от которого кто угодно бы смутился. Но только не Гаара.
- Ты ревнуешь, – отметил он, посмотрев на Неджи.
- А для этого есть причины? – кротким тоном поинтересовался Неджи.
- Нет, - спокойно ответил Гаара. - Сегодня нет.
Хината не удержалась и взглянула на Неджи. От неодобрительного скепсиса его взгляд перешел в явственно угрожающий.
Гаара кивнул и вышел из палаты.
Хината внезапно страшно заинтересовалась низом своей футболки.
- Эм…
- Очаровательный парень, – холодно отметил Неджи.
- Своеобразный… - сдерживая смех, ответила Хината.
- О да… - Неджи взял книгу в руки и уставился в нее, нахмурившись. Хината нервно толкнула колеса кресла и подъехала к окну. Внизу Кадзекаге дожидались трое шиноби из Суны. Когда он вышел, они вскочили и последовали за ним на почтительном расстоянии.
- Провожаешь своего поклонника? – ехидно заметил Неджи. Хината отметила, что за все время он не перевернул страницу ни разу.
- Он не мой поклонник! – фыркнула Хината.
- Откуда тебе знать. Может, он просто отмороженный на всю голову и не умеет проявить свою симпатию как следует.
- О да, как хорошо, что у коноховских парней таких проблем никогда не бывает, – заметила Хината и покатилась обратно к постели.
- Я нормально проявлял симпатию. Весьма… очевидно, – хмуро заметил Неджи.
- Пару раз. За все годы.
Неджи захлопнул книгу и уставился на нее.
- А вот с этого места поподробнее. То есть мое милое отношение, тренировки и прочее не намекали тебе на симпатию?
- Намекали-намекали, – примирительно кивнула Хината, перебираясь в постель. - Ты был просто прозрачнее стекла.
- Вот именно, – резко заметил Неджи и снова открыл книгу.
- Правда, целовать тебя все равно самой пришлось…
- Кое-кто слишком долго убеждал меня в своей беззаветной любви к Наруто, – процедил Неджи, хмуро глядя на нее.
- О да, особенно последние пару лет. Прямо-таки не умолкая твердила о нем.
Неджи, казалось, задумался.
- Хм, – выдал он, наконец, и перелистнул несколько страниц.
- Эй, ревнивец, налей попить, пожалуйста.
Неджи кинул книгу на постель, принес кувшин со своей тумбочки и наполнил стакан.
- Держи… – протянул он ей стакан. - Вертихвостка.
- А! – Хината аж поперхнулась. – Что?!
- Сознание нельзя на минуту потерять, уже новый соперник на пороге. Мало мне коноховских блохастых и девятихвостых. Теперь еще и с Суной воевать?
Хината рассмеялась и закашлялась, расплескивая воду.
Неджи невозмутимо сел на свою постель и закутал ноги одеялом, всем видом изображая оскорбленную особу.
- Ну ты… даже слов нет!
- И правильно. Нет тебе прощения.
- Подумать только… - Хината, смеясь, поставила стакан на тумбочку и принялась стряхивать еще не впитавшуюся воду с одеяла. И вдруг замерла…
- Неджи… - Она откинула одеяло и рывком задрала штанину шортов.
- Что? – Неджи с тревогой откинул одеяло и подошел к ней.
- Я… я чувствую… здесь… - Хината с силой надавила на кожу на бедре. – Я чувствую! А тут… - Она повела рукой вниз по ноге. – Тут еще нет… О! Ну почему так медленно! – в отчаянии простонала она.
- Ты выпила лекарство от силы пару часов назад, – сказал Неджи и тоже положил руку ей на бедро, ощупывая кожу. В его глазах вспыхнул бьякуган. – Ух ты… чакра циркулирует… медленно, но продвигается. Сначала вернется чувствительность, потом и подвижность. Нужно быть терпеливой.
Хината вдруг осознала, что пальцы Неджи медленно скользят по ее бедру. Она замерла, покрываясь удушливой краской. Неджи был близко, под воротом его футболки уже не было видно ни одного бинта…
- Когда тебя выписывают? – отчего-то шепотом спросила Хината.
- Через несколько дней, может, неделя.
Неджи убрал руку и поправил штанину ее шорт. Стало холодно. В этот момент Хината поняла, что, когда они выйдут отсюда, их маленькое забытье закончится. Она вернет ноги, Неджи поправится, и они снова станут соперниками, которым нельзя быть вместе.
- Поцелуй меня, Неджи… - попросила Хината.
Он наклонился к ее лицу. Поцелуй был прохладным и отдавал солью.
- Не плачь… - попросил он с мукой в голосе.
- Я не могу… - сипло ответила Хината и обняла его.
В это момент ей отчетливо вспомнился Гаара, который был прав. Им повезло друг с другом, но не повезло во всем остальном.


От тихого скрипа отодвигаемой двери Хината немедленно проснулась.
- Хината-сама… пора…
- Да, я проснулась, – ответила она, и служанка исчезла.
Хината откинула одеяло, спустила ноги с постели и прикоснулась стопами к прохладному деревянному полу.
Прошло три недели, как ее ноги восстановились, но это ощущение до сих пор было для Хинаты словно чудо.
Она посмотрела на свои ноги и пошевелила пальцами, придирчиво осматривая каждый. Все они были подвижными и все чувствовали прикосновения пола. Она снова полностью владела своими ногами.
Хината встала и пошла умываться. За окном еще было темно, но небо уже едва заметно светлело. В Конохе начиналось утро.
Когда Хината вернулась в комнату, служанки уже поставили перед зеркалом стул и колдовали вокруг, раскладывая расчески и заколки.
Она покорно присела на стул и позволила умелым рукам заняться прической.
- Можете еще часок подремать, - пошутила парикмахер.
- Вряд ли я смогу, – улыбнулась Хината. Но от тишины и монотонности все же иногда ее глаза закрывались, как ей казалось, на одно мгновение. Однако каждый раз, когда очередной локон занимал свое место, а очередная заколка украшала его, Хината отчетливо вздрагивала и открывала глаза.
Она знала, что макияж ей делать не будут. В военном клане раскрашивать лицо, словно гейша, было не принято. Но волосы и кимоно должны быть безукоризненны.
Через час в комнату зашла зевающая Ханаби.
- Ну как тут у вас движется? – спросила сестра.
- Как видишь. – Хината повернулась к ней. Бусины на заколках отозвались мелодичной трелью.
- Вау! Ты красотка, – снизошла до похвалы Ханаби. – Я тоже пошла причесываться, – сказала она и снова широко зевнула. – А это кимоно?
Ханаби кивнула на одеяние, надетое на поставленный по такому случаю в углу швейный маникен.
- Красота. Но мое не хуже. – Сестра еще раз широко зевнула и ушла.
Хината тоже посмотрела на кимоно. Манекен был безголовый и безрукий. Из ворота торчала только металлическая труба, оканчивающаяся небольшим шариком – чтобы его удобнее было переносить.
Хинате показалось, что кимоно стоит само по себе, словно его надел на себя бестелесный дух. Она отвернулась.
Не так она представляла себе этот день. Не думала, что все, что она будет чувствовать это тревогу и неуверенность.
С ее прической закончили и принялись за облачение.
Тяжелые складки шелка укутывали ее, словно куколку, и Хината поймала себя на мысли, что мало когда чувствует себя такой уязвимой, как в парадном облачении. Ей было удобнее в мешковатых брюках и толстовке. Ей нравилось привычная тяжесть хитая на шее.
Хитай напомнил о Неджи. Хината поймала себя на безотчетном движении, словно она хотела прикоснуться к пластине на шее. Она опустила руку. На ней не было хитая. Зато на спине и на рукавах кимоно были моны Хьюга. С этого дня ей больше не было нужды носить хитай.
Наконец ее одели как должно, она всунула ноги в гета и спустилась вниз. Отец ждал ее, сидя на диване. Тут же был Хирузен, Хидеки-сан и старик Хизео. Все старейшины Хьюга были тут, как и самые старые члены клана. А также несколько джоунинов.
- Доброе утро, Хината. – Хиаши поднялся и уже привычным жестом взял в руки трость.
- Доброе утро, отец. – Она поклонилась.
- Выглядите сногсшибательно, Хината-сама, – польстил Хирузен, ослепительно улыбнувшись.
- Благодарю.
Хината слишком нервничала, чтобы думать о своем внешнем виде.
Многочисленность ее свиты была непривычна. Обычно провожали в храм только глава клана и старейшины. Но Хиаши и прочие опасались, что младшая ветвь может что-то предпринять. Им казалось, что этот день решающий, и все готовились к худшему.
Хината не верила, что Неджи испортит ей церемонию. Конечно, своим союзникам она об этом не говорила. Кто бы стал ее слушать. Но и радостней от этого Хината не становилась.
Они вышли из дома чинной процессией под светом разгорающегося утра. Прошли по кварталу и вышли в деревню.
По традиции сначала следовало сходить в храм, воздать молитвы, и после этого начиналась официальная церемония.
Идя по улочкам деревни еще относительно пустынным в такой ранний час, Хината очень боялась встретить кого-то из знакомых. Необъяснимо и постыдно она боялась, что если вдруг на дороге вырастет Наруто или Киба, то они рассмеются и скажут что-то вроде: «В кого это ты вырядилась, Хината? Ты же не такая! »
Но они, не встретив никого, кроме случайных прохожих, которые, разинув рты, таращились на Хинату, дошли до храма.
Он был новенький, как и все здания в деревне. Хината чинно разулась и вместе с отцом вошла внутрь. Они сели, зажгли благовония и замерли на несколько минут.
Полагалось молиться, но Хината никогда не была в этом сильна. С раннего детства они жили не так, как гражданские, и в храм Хината попадала только на официальных церемониях вроде свадеб. Похороны и то часто проходили без присутствия священнослужителей, ведь смерть в их мире шиноби была слишком привычна и каждодневна.
Хината закрыла глаза и сложила ладони.
«Пожалуйста… пусть… пусть все будет хорошо», - мысленно проговорила она и сама себе не поверила. Хорошо… для кого? Для нее? Для Неджи? Для младшей ветви? Для Старшей?
«Просто… пусть все успокоится. Пусть все решится».
Решится… но как?
Отец поднялся, она пошла следом. Так же медленно и чинно они вернулись в квартал.
Возле дома клана было невиданное оживление. Все, даже дети и старики, по такому поводу пришли. На нее глазели, детишки показывали пальцем и шептались, мамаши одергивали их как могли, но особо не преуспевали.
В толпе подростков Хината узнала сыновей Мики-сан.
Отдельной группой стояли старейшины деревни и Хокаге. Какаши-сан по такому поводу надел белую мантию и шляпу, один глаз закрывал хитай, и можно было подумать, что он дремлет, полуопираясь на перила веранды, но расслабленность Хокаге была напускной. Он, как и все, знал, что эта церемония может закончиться плачевно.
Неджи стоял где-то за спинами джоунинов и чунинов из Младшей ветви. Хината увидела его лишь мельком. В первых рядах стоял Ивао-сан с вежливой улыбкой на губах.
Они с отцом вошли внутрь зала. Толпа хлынула следом, все принялись рассаживаться, но многие так и остались стоять у дальних стен, потому что вместить весь клан этот зал был все таки не способен.
Хиаши занял свое место на небольшом возвышении, а она осталась стоять, как и полагалось.
Еще несколько минут все успокаивались и рассаживались. Наконец, наступила тишина.
Хината заметила, что многие джоунины из старшей ветви не заняли свои почетные места в первых рядах, а остались стоять у стен в разных углах зала.
Они опасались, что может случиться непредвиденное. Что, если Неджи вздумает заявить свою кандидатуру, начнется бойня.
Хокаге, хоть и был самым уважаемым ниндзя в деревне, вместе со старейшинами остался стоять слева от Хиаши.
- Двадцать три года назад мой отец отдал клан Хьюга мне. Двадцать три года я вел его, как мог и считал нужным, – начал отец. – Но сегодня я отдам эту ношу другому. Потому что мое время заканчивается, и Хьюга нужен новый лидер. Лидер, что поведет клан дальше.
- Веди нас дальше, Хиаши! - крикнул Хизео-сан.
- Нам не нужен новый лидер. Веди нас дальше! – раздалось несколько голосов. Хината улыбнулась. По старой традиции, когда лидер клана уходил с должности, было принято, чтоб его уговаривали остаться. Глупая, чем-то похожая на игру, традиция повеселила Хинату, когда ей рассказали об этом. Но сейчас ей не было весело. Когда голоса стихли, Хината поняла, что она была бы очень рада, если бы отец и правда мог вести клан дальше. Чтобы ей не пришлось принимать никаких решений, чтобы ей не было так страшно.
- Я благодарен за ваше доверие, но вынужден отказаться, – сказал отец. – Пришло время назначить нового главу. И кто бы это ни был, я завещаю ему то, что сказал мне мой отец: сила – в единстве.
Несколько стариков из младшей ветви гадко зашептались, а кто-то даже хихикнул.
Хината знала, почему. Потому что Хикару Хьюга сказал Хиаши совсем не это. Он сказал ему «Править лодкой легко, когда море спокойно». Но сейчас море Хьюга было настолько неспокойным, что эти слова прозвучали бы смешно.
- Во имя славы и величия клана Хьюга, я уступаю свое место новому главе. Пусть его правление принесет покой и процветание.
Хиаши церемонно поклонился, и все поклонились в ответ.
Он поднялся, спустился с возвышения и сел в первый ряд среди старейшин старшей ветви.
Место главы опустело.
Хината успокаивала судорожно бьющееся сердце.
«Главное, скажи сразу, громко и четко. Не медли, чтобы ни у кого из младшей ветви не было шанса заявить себя первым», - наставляли ее старейшины.
Назначение главы клана было таким старым ритуалом, что многие вещи казались Хинате попросту смешными. Все эти выкрики о том, чтобы Хиаши не уходил, моления и церемониальные шествия. А самое смешное – что кто угодно теоретически мог заявиться на эту самую должность.
Конечно, никто столетиями не прерывал преемственность, но теоретически… любой мог встать и сказать, что он поведет клан Хьюга дальше.
И сегодня они были близки к этому как никогда.
Если Неджи встанет и скажет «Я поведу клан Хьюга», то он будет таким же претендентом, как и она, и все родственные отношения не будут иметь веса. Они будут обязаны сойтись в поединке и решить, кто достойнее.
Разумеется, никто из младшей ветви никогда не заявлялся на должность главы. Потому что любой генин из старшей мог сложить одну печать и выиграть бой.
Однажды была размолвка между двумя братьями сыновьями тогдашнего главы, но это было так давно, что превратилось в сказку.
Хизео-сан поднялся и подошел к пустующему возвышению. Он повернулся и посмотрел на Хинату, взглядом спрашивая, готова ли она. Она едва заметно кивнула.
- Кто возглавит клан Хьюга?
Хината набрала в грудь воздуха и уже почти сказала «Я». Но вдруг замешкалась. Секунда тишины зазвенела в огромном зале. Хината взглянула на Неджи.
Пока она не сказала… она не претендент. Пока она не сказала, им не нужно сражаться. Если она не скажет, а Неджи скажет… он действительно может стать главой клана.
Неджи смотрел на нее, в его глазах мелькнуло понимание.
Хината взглянула на Хизео-сана. На его лице была написана однозначная упрямая решимость.
- Я поведу клан Хьюга, – сказала Хината громко.
«Потому что даже если Неджи вызовется… они просто его убьют»
Хината вышла вперед, шурша дорогими шелками. Поклонилась Хизео-сану.
- Хината, дочь Хиаши, внучка Хикару. Я поведу клан Хьюга дальше, – произнесла она.
По традиции старейшина должен был спросить, нет ли еще желающих, но сегодня по общему сговору этой частью решили пренебречь.
Хизео-сан просто поклонился в ответ и отошел.
Хината шагнула на постамент, обернулась и села.
Вот и все. Она глава клана Хьюга.
Джоунины из старшей ветви зааплодировали. Это было, конечно, не по традициям, но приятно. Кто-то выкрикнул что-то ободряющее и радостное, сдержано похлопал Хокаге и старейшины селения. Хината посмотрела на младшую ветвь. Ивао-сан удостоил ее двух легких, насмешливых хлопков. Неджи даже не поднял рук. Он смотрел куда-то на свои колени. Хината настойчиво попыталась поймать его взгляд.
Он нехотя поглядел на нее. В углу губ была грустная складка.
«Это еще не все, да? - спросила Хината одним взглядом. - Ничего еще не кончено?»
Неджи на мгновение позволил себе показать эмоции. Брови нахмурились, губы изогнулись так, словно он съел что-то кислое. Он отрицательно качнул головой и медленно опустил глаза.

@темы: Хината, Хиаши, Ханаби, Фанфикшн, Неджи/Хината, Неджи, Макси, Другие члены клана, Гет, Shelma-tyan