00:41 

Клан Хьюга. Глава 29.

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Название: Клан Хьюга
Глава: 29
Автор: Shelma-tyan
Персонажи (Пейринг): Неджи/Хината
Рейтинг (для главы): PG
Жанр: романс
Размер: макси
Состояние: в процессе
Дисклеймер: все принадлежат Кишимото
Саммари: Про Неджи, Хинату и клан Хьюга. После второго экзамена на чунина, Хината в попытке помириться хочет увидеть Неджи. Но он приходит к ней в палату вовсе не за тем, чтобы забыть клановые раздоры и извиниться. Как ей не начать ненавидеть, как ему перестать презирать. Все об этом.
Читать на фикбуке: здесь
Предупреждение: ГЕТ/всем бояться/, некоторое АУ от манги, ООС
Разрешение автора на размещение его работы: получено

Главы 1-3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28

*29*

- Нам нужны свежие финансовые потоки, – сказала старейшина деревни Кохару. – Еще немного, и дайме совсем перекроет и так-то небольшой ручеек своих щедрот.
- Мы можем…
- Другие деревни массово открывают прием заданий, – продолжала она, словно не услышав. - Ждать больше не имеет смысла. Деревня должна защищать страну и приносить деньги, если мы хотим, чтобы Коноха сохранила хоть какие-то крохи самостоятельности. От столицы приходится откупаться, Какаши, – назидательно погрозила она сморщенным от старости пальцем. – Ты, может, еще не уразумел, но это так.
- Благодарю, Кохару-сама, – слегка склонил голову Какаши-сан. На официальных собраниях совета деревни он всегда подчеркнуто носил белую мантию Хокаге. Хината гадала, кому он пытается напомнить о своем статусе –
другим или в первую очередь себе.
- Что ж, не вижу причин дальше тянуть. Облако, Камень и Песок принимают задания и отправляют своих шиноби за пределы деревень. Это известно точно благодаря нашей доблестной разведке. – Его один открытый глаз обратился к Хинате, и он слегка склонил голову, словно отдавая ей дань уважения.
Она моргнула и постаралась выглядеть подобающе польщенной, но не слишком, дабы не уронить авторитет клана.
Шиноби Хьюга были из первых, кто стал покидать пределы деревни после войны. Бьякуган был нужен в наблюдении и в охране границ. Их легендарный далекий обзор давал существенное преимущество, когда нужно было незаметно разведать обстановку в союзных деревнях или в городах гражданской зоны.
- Как всегда, после всеобщего братания спасенный мир нужно и поделить, - усмехнулась Цунаде.
- Кто верил, что это продлится долго? – задал вопрос в пространство Шикамару и привычно щелкнул зажигалкой, прикуривая. – Всем нужны средства. Облако прислало напоминание об экзаменах на чунина. Их очередь проводить. Что ответим?
- А какие варианты? – спросил Какаши.
- Песок отказался, – заметил Шикамару.
- Пф! Да им просто послать некого, боятся опозориться, вот и строят из себя… - фыркнула Кохару.
- Гаара заявил, что он не поддерживает старую систему рангов шиноби. Тренирует их сам, и сам будет присваивать звания. – Шика задумчиво взглянул в окно. – Может, конечно, он просто не хочет показывать способности их генинов… а может, действительно хочет перемен в нашем мире.
- Песок всегда считался слабейшей деревней. Им не привыкать слушать шепотки в спину. Этот отказ не ударит по их репутации так, как по нашей. Мы должны отправить команды, – твердо сказала Цунаде. – У меня полно хороших медиков, я за них спокойна.
- Выпуск академии тоже многообещающий, – заметил старейшина Хомура. - Один Конохамару чего стоит. И ваша сестра, Хьюга-сан, тоже показала выдающиеся результаты.
Хинате потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что он обращается к ней. Хьюга-сан… как же это резало слух.
- Благодарю, Хомура-сама, – сказала Хината. – Ханаби будет счастлива послужить селению.
Скорее она будет счастлива, наконец, получить заветный чунинский жилет и в очередной раз утереть нос всем завистникам – подумала Хината про себя. Себя она, к слову, тоже записывала в эти завистники.
Хината сдала экзамен только в пятнадцать, когда он проходил в деревне Песка. А Ханаби вот-вот исполнится тринадцать… и Хината не сомневалась, что сестра сможет продемонстрировать все таланты Хьюга в полную мощь.
- Не вижу причин игнорировать экзамены, – прогудел Акамичи Чоуза. – Это всегда хороший повод показать способности малышни.
- Значит, решено. Пусть джоунины сформируют списки рекомендованных команд. – Какаши посмотрел на чунина, что стоял за его плечом и записывал распоряжения. Тот молча кивнул и застрочил карандашом в свитке.
- Коноха открывает прием заданий с завтрашнего дня. Снова в игру. – Он тяжело вздохнул. – А какое приятное было время…
- Не ностальгируй, Какаши! – фыркнула Цунаде. – Шиноби есть шиноби. Заставишь их долго сидеть без дела – и начнется черт-те что. Внутренние драки за влияние, заговоры… - Она взглянула на Хинату и сразу отвела глаза. – Выплывет всякая грязь, одним словом.
- Возможно, вы правы, Цунаде-сама. А возможно, прав Гаара, у которого единственного хватило мужества сказать «нет» прошлому. История нас рассудит. На этом все.
Хокаге поднялся, советники тоже завозились, вставая.
Совет селения традиционно проходил в здании штаба. За небольшим столом в одной из комнат они собирались и обсуждали насущные проблемы деревни. Хината уже трижды имела честь присутствовать как глава клана Хьюга.
Всегда одни и те же люди – старики Хомура и Кохару, действующий Хокаге Хатаке Какаши, бывшая Хокаге Цунаде. А также главы трех благородных кланов селения – Акимичи, Абураме и Хьюга. Еще всегда присутствовал Шикамару – признанный гений стратегии. Молчаливый Абураме Шиби, отец Шино, практически ничего не говорил, отец Чоуджи всегда был миролюбив и несколько беззаботен. А она... Она, Хината, глава клана Хьюга, просто старалась выглядеть не такой испуганной, какой была на самом деле. Хината до сих пор толком поверить не могла, что она занимает теперь пост, который может влиять даже на саму деревню.
- Хината… сама, - неловко договорил Какаши, вдруг вспомнив, что она уже не просто чунин, с которым он пару раз бывал на совместных миссиях. – Зайдите, пожалуйста, в мой кабинет, прежде чем уходить.
Хината остановилась и оглянулась на Хидеки-сана. Она всегда брала его с собой на собрания. Официально как охрану, но вряд ли кто-то в это верил. Ей была нужна поддержка опытного мудрого человека. Отец не мог, он чувствовал себя с каждым днем все хуже и редко выходил куда-либо, кроме сада. Хизео она брать сама не хотела. Так и вышло, что на все собрания совета с ней отправлялся именно Хидеки-сан.
Она поклонилась и вышла за дверь с другими главами кланов. Прочие остались в комнате.
- Отлично держишься, - похвалил Акимичи Чоуза и похлопал ее по плечу могучей рукой. – Я на своих первых советах только что не икал от страха! – и он рассмеялся, довольный шуткой.
- Всего доброго, – попрощался отец Шино и скрылся за поворотом коридора.
- Эх, я скучаю по Иноичи и Шикаку. С ними можно было составить оппозицию этим стариканам, а теперь. Ну, ничего, вот Шика подрастет, а, Шика?
- Эм… - промямлил Шикамару, докуривая сигарету.
Чоуза почему-то принял это за неявное одобрение. Хината секунду раздумывала, обижаться ли на то, что ее назвали бесполезной малолеткой… но обижаться на правду было тяжело.
- Хината-сама, нам стоит отправиться к кабинету Хокаге, – напомнил Хидеки-сан.
- А что это? А, Хьюги, вы как всегда, - снова загудел Акимичи. – Все что-то шепчетесь то с одним Хокаге, то с другим, да? Смотри и учись, Шика, глядишь, и признают Нара наконец «благородным кланом Листа».
- Жду не дождусь, - с трудом сдержал зевок Шикамару. – Бывай, Хината.
И он пошел по коридору.
- До свидания… - Она запнулась, не зная, как правильно будет обратиться к Шикамару. Просто по имени казалось слишком неформально, Нара-сан резало слух не меньше, чем Хьюга-сан в ее адрес. Но Шика уже ушел, а следом за ним и Чоуза.
Хината с Хидеки-саном пошла по коридорам штаба к кабинету Хокаге.
- Что ему может быть от нас нужно?
- Зачем гадать, скоро все узнаем, – пожал плечами Хидеки-сан, и Хината поняла, что он не хочет обсуждать что-либо в штабе.
Около десяти минут они прождали в приемной Хокаге, Хината присев на диванчик, Хидеки-сан наслаждаясь видом из окна.
Штабной шиноби сортировал почту за потрепанным столом, кидая заинтересованные взгляды на Хинату.
Да, ее наряд был как всегда непривычен для штаба. Вместо зеленого чунинского жилета да удобных брюк – светло-голубое кимоно и яркий оби. Традиции клана не обошли ее стороной, и Хината почти привыкла к тому, что наряжалась теперь как знатная дама всякий раз, как выходила за пределы квартала.
Наконец, появился Какаши. Он как всегда неторопливо прошагал мимо, буркнул «прошу» и открыл дверь своего кабинета.
Хината прошла внутрь и остановилась перед столом. Хидеки-сан остался снаружи.
- Предложил бы присесть, но, как видишь, некуда, – посетовал Какаши.
- Все в порядке, Хокаге-сама, – улыбнулась Хината.
Он прошел в угол кабинета, снял с головы шляпу и повесил на металлическую вешалку. Туда же отправился и белоснежный плащ.
- Извини, но мне так привычней, - Какаши отряхнул жилет и поправил хитай. – Так…
Он оглядел кабинет, стол, заваленный бумагами и свитками, широкие светлые окна и замершую Хинату.
- Так… - повторил он, прошел по комнате и сел на подоконник, подвернув под себя одну ногу. – Хината… - проговорил он, словно подыскивая слова. – М… у вас там все в порядке?
Сказано это было привычным безразлично-вежливым тоном, каким Какаши обычно интересовался, как прошла миссия.
- Извините?
- Мда… - Какаши, казалось, о чем-то размышляет. – Хьюга – очень полезный для Конохи клан, ты знаешь об этом?
Хината изумленно посмотрела на него. Что?..
- Ты знала, что за всю историю Конохи по каждой миссии собирают и анализируют информацию? Успешность, провалы, смерти… все задокументировано, изучено и выведено в маленькие колонки цифр и процентов. В одной из таких статистических раскладок смертность в командах, где есть Хьюга, самая низкая. По полной статистике – нет, но если исключить погибших, то напарники Хьюга выживают чаше всех остальных. Это, разумеется, потому, что членов клана порой убивают из-за охоты на глаза. Если бы не это, скорее всего, ваш клан нес бы пальму первенства как самый эффективный в селении. Во времена первого и второго Хокаге это были Учихи.
Хината вдруг почувствовала, что волоски на теле зашевелились от ужаса.
- Но тогда никто не принимал эту статистику всерьез, период был слишком кратким, а после клан Учиха и вовсе посвятил себя внутренней полиции, и статистику считали завышенной из-за того, что они редко покидали деревню.
Какаши замолк на секунду, но тут же снова заговорил.
- Мне довелось знать нескольких Учих, которые отличались феноменальными способностями. И… пожалуй, никто из них не закончил так, как того заслуживал.
- К чему вы клоните? – прохладно спросила Хината.
- В вашем клане тоже есть такие талантливые шиноби. Гении. Как Неджи, например. Он сейчас самый молодой джоунин в селении, кстати.
- Я знаю. Неджи – гордость нашего клана, – сказала Хината. Неджи… как давно она не видела его ближе, чем во втором ряду на клановых собраниях.
- Да… - Какаши спустил ноги вниз и сложил руки на груди. – И вот я спрашиваю себя, как такой талантливый малый мог так глупо подставиться под смертельную рану на войне? И не только я задаюсь этим вопросом. И когда начинаешь думать… приходишь к неутешительным выводам. Так что я спрошу еще раз – у вас там все в порядке, Хината?
Хината заторможенно смотрела на Какаши. Все ли у них в порядке? Что он ожидал от нее услышать? Плаксивую историю о том, как все плохо?
Вспомнилась миссия, на которой он спросил «А мне ты доверяешь?» Сейчас Хината ответила бы на этот вопрос почти так же. Да, до определенного предела она вполне доверяла Хатаке Какаши. Как надежному союзнику, как новому Хокаге… Но клан?
- Чего именно вы опасаетесь, Хокаге-сама? Что Неджи однажды ночью сойдет с ума, как Учиха Итачи, и попытается уничтожить еще один, такой полезный для Конохи клан? Вы же знаете, что в случае нашего клана это невозможно.
- Я знаю, что, случись такое с Неджи, вы сможете его остановить. Но спрашиваю я не об этом. Неджи не Итачи. И клан Хьюга определенно не клан Учиха. Но некоторые тенденции внушают опасения.
- Тенденции?..
- Я был на твоей церемонии, - напомнил Какаши. – И мне показалось, я подчеркиваю, мне определенно могло просто показаться, что не все в клане были рады твоему назначению.
«Скорее, никто…» - подумала Хината.
- Это несущественно, – сказала она вслух. – Я – законная глава, и все в клане это принимают.
- Радостно слышать, – откликнулся Какаши.
Они помолчали несколько мгновений.
- Если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь прийти ко мне. Просто знай это.
- Ваши опасения надуманы, – проговорила Хината, с трудом сдержав навернувшиеся на глаза постыдные слезы.
- Не сомневаюсь, однако…
- А Неджи, Хокаге-сама, вы тоже предлагали свою помощь? – спросила Хината с непонятной злобой.
Какаши посмотрел на нее своим единственным не скрытым хитаем глазом.
- Нет.
- Как несправедливо с вашей стороны, – криво улыбнулась Хината. – Он ведь тоже шиноби Конохи. Ваш драгоценный самый молодой джоунин.
- Да, но он не глава клана Хьюга. А больше всего я заинтересован в стабильности внутри селения.
Хината нервно усмехнулась.
- Стабильность – это наше второе имя. Я благодарю вас за ваши слова. Мне очень приятно знать, что я могу опереться на силу Хокаге в случае нужды. Ваше доверие к нашему клану ценно, и мы постараемся его оправдать всеми силами.
Хината поклонилась с ненастоящей улыбкой на губах.
Какаши внимательно глядел на нее, и на миг Хинате показалось, что он очень расстроен исходом разговора.
- Я могу идти, Хокаге-сама?
- Хм… Ты очень изменилась, Хината. Это тоже внушает мне тревогу.
- Та Хината, которую вы знали, не могла быть главой клана Хьюга. А мне нужно было ей стать. Ради той самой стабильности, что так вас заботит, Хокаге-сама. Месяц назад мне нужно было присутствовать на важной церемонии. Раз в полгода в клане Хьюга детям из младшей ветви, достигшим четырех лет, ставят печати подчинения. Их было восемь. И все они пришли, держа своих матерей за руки. Нарядные, взволнованные… Что, по-вашему, сделала бы та Хината, которую вы помните?
Какаши не отвел взгляд. Хината, даже будучи в раздраженном и обиженном настроении, это оценила.
- Я не хочу тратить ваше время, Хокаге-сама. Вам не о чем волноваться. Клан Хьюга столетия назад позаботился о стабильности в своих рядах.
Хината поклонилась и покинула кабинет Хокаге.
Хидеки-сан ждал ее там, где она его оставила. Молча последовал за ней по коридорам резиденции и вышел на улицу. Только когда они отошли от штаба на достаточное расстояние, он спросил.
- И? Что хотел Хокаге?
- Убедится, что в клане все благополучно. Я заверила его, что это так.
Хидеки-сан улыбнулся, и они продолжили путь к кварталу в молчании.
Подходил к концу пятый месяц после ее назначения. За все это время было лишь три больших собрания клана, и ни на одном из них не обсуждалось ничего существенного. Коноха не принимала заданий, однако в отрядах разведки некоторые джоунины Хьюга все же покинули деревню.
Хизео-сан попытался было заикнуться, что деревня злоупотребляет их людьми, тогда как остальные посиживают себе дома, но Хината спокойно возразила, что джоунины обязаны подчиняться приказам Хокаге, и обсуждать тут нечего.
Отец в разговоре наедине сказал, что, наблюдая за библиотекой клана, заметил, что Ко ходит туда с завидной периодичностью, и что все эти книги и свитки – Хиаши в этом не сомневался – попадают в руки Неджи.
Запрещать и Ко пользоваться архивом клана Хината сочла глупым. Если не Ко, так другой. Запретить всей Младшей ветви пользоваться мудростью, накопленной столетиями истории клана, из-за смутных подозрений, что Неджи может найти там что-то потенциально опасное, казалось Хинате шагом в пропасть.
Они и так поставили им печати, запретили носить мон Хьюга и строго карали за любое неподчинение.
Хината самолично вынесла одно из наказаний – пустячное, но все же. Каждый вечер в течение месяца муж Мики-сан, который однажды вечером отказал в помощи и послал куда подальше одного из джоунинов старшей ветви, должен был приходить в дом клана и мыть. Это было для публичного унижения. А по факту его лишили месячного дохода с торговых монополий, который распределялся между всеми членами клана. Неприятно и мелочно, но лучше, чем двадцать ударов плетью на глазах у всех, как предлагала воинственная старушка Химавари.
Хината за пять месяцев своего главенствования впервые в жизни поняла, что именно таилось за таким простым разделением на две ветви.
Это было обернутое в шелковые речи и хрустящие улыбки рабство.
Младшая ветвь были рабами. Они не имели права решающего голоса на собраниях, не имели права возражать или не подчиняться члену главной ветви, не имели права отказаться сражаться вместо члена главной ветви.
Все существование младшей ветви Хьюга сводилось к удобству и комфорту старшей ветви.
Охрана их кладбища, работа в библиотеке, уборка в квартале – все было на плечах младшей семьи. Даже помощь на стройке и та была в порядке вещей.
Генины и чунины младшей ветви наводили порядок в ее собственном саду, на территории ее дома постоянно находилась парочка шиноби на случай, если ей вздумается отправить послание или съесть горячего рамена из Ичираку.
Хината поняла, что никогда толком не задавалась вопросом, почему все что-то для нее делают. А теперь, когда поняла… она жалела о счастливых временах неведения.
Никакой дополнительной платы за свою работу члены младшей ветви не получали. Считалось достаточным и то, что они имеют мизерную долю с доходов клана от торговли. То, что Старшая семья ничего не делает и при этом получает куда больше денег никого, кроме Хинаты, похоже, не удивляло.
А потом случилось самое неприятное. Она в бесчисленный раз надела кимоно и отправилась на очередную торжественную церемонию.
Дети были крошечными. Они смотрели на нее с любопытством. А матери и отцы не смотрели вовсе.
Родителям присутствовать при процедуре не дозволялось. Когда Хината поняла, что детей забирают, а родителей оставляют за порогом дома клана, она позволила себе удивится.
Они вошли, двери за ними закрыли. Посреди комнаты, в которой обычно проводили собрания, стояла кушетка, отгороженная ширмой. Около стены поставили скамейку, на которую в рядок усадили восьмерых малышей.
Хината почувствовала, как ей становится дурно.
- Почему родителей не пускают? – шепотом спросила она у Хидеки-сана.
- Техника секретна, - удивленно ответил он.
- Они же все равно могут увидеть.
- Печати готовят заранее. Сюда переносят с помощью дзюцу призыва.
- Значит, мы скрываем дзюцу призыва? – уточнила Хината. Хидеки-сан странно посмотрел на нее.
- Мы скрываем все, что можем. А с вашими способностями чувствовать взгляд бьякугана мы и правда можем быть спокойны за свои секреты.
- Кто первый? – строгим тоном спросила женщина-медик из старшей ветви.
Хината подумала, что если бы Мика-сан не была в младшей семье, то наверняка это была бы она… Хината даже не знала, радоваться ей или нет.
Один из джоунинов, что присутствовали для охраны, легко подтолкнул одного из мальчишек. Тот вскочил и шагнул вперед. Остальные дети затаили дыхание.
- Пошли, – бросила медик и скрылась за ширмой. Мальчик стоял и не шевелился, только мелко подрагивал.
- Долго мне ждать? – раздался раздраженный голос из-за ширмы. – Давайте его сюда.
Мальчик побледнел еще больше.
Хината чуть не разрыдалась от этого зрелища. Но она не могла. Ей нельзя было ни рыдать, ни бояться, потому что перед ней сидело восемь маленьких детей, которым было куда страшнее, чем ей.
- Пойдем, я тебя провожу. – Хината подошла к мальчику и протянула руку. Он смущенно потупился. Все ее наряды были созданы, чтобы источать респектабельность и важность, и тот, что она надела сегодня, не был исключением.
Хината подумала, что надень она свою простую толстовку, ей было бы куда проще подбодрить этих напуганных детей. Теперь же мальчуган не знал, кого бояться больше – медика за ширмой или эту важную тетю, которую он задерживает своим страхом.
Но Хината улыбнулась и настойчиво протянула руку.
И мальчик покорно вложил в нее свою маленькую ладошку. В этот момент Хината от мысли, к чему именно она ведет этого малыша, захотела умереть на месте.
Но она, улыбаясь, завела его за ширму и самолично подняла и уложила на кушетку.
Мальчик лег, сложил ручки на животе и зажмурился.
Хината вдруг подумала о Неджи. Каким он был? Храбрым, полным чувства собственного достоинства или таким же напуганным?
Медик сложила печати, и из облачка белого дыма появился тонкий свиток. Она деловито развернула его, разгладила тонкую полоску полупрозрачной бумаги со знакомым рисунком и положила ее на лоб мальчика.
Тот испуганно открыл глаза. Но тут же сжал губу и снова зажмурился.
- Это больно? – шепотом спросила она у медика, надеясь, что малыш не услышит.
- Говорят, что жжет, - ответила она. - Потом кожа облезает и шелушится, но мы сразу закрываем лентами. Ну что, готов, герой? – спросила она у мальчика. – Чуть-чуть потерпи.
Она зажгла в глазах бьякуган, приложила палец к центру рисунка, а второй рукой сложила всего одну печать.
Чернила на свитке закипели. Мальчик вздрогнул и скривился. Хината видела, как печать с шипением заползает ему под кожу, оставляя за собой обожженные края.
В последний момент он схватил ее за рукав кимоно и крепко сжал.
- Ну, вот и все, – бодро сказала медик. – Давай-ка закроем.
И она ловко замотала лоб мальчика лентой.
- Порядок?
Мальчик кивнул было, но тут же замер. Потянулся рукой к лентам на лбу.
- Голова пошумит часок или два, – небрежно сказала медик. – Можно следующего, – крикнула она, обращаясь к джоунинам за ширмой.
- Я сама, – отрезала Хината и помогла мальчику слезть с кушетки.
Медик пожала плечами.
Хината вывела мальчика из-за ширмы и усадила на скамейку.
Дети смотрели на него с благоговением и завистью, как на того, кто с честью прошел испытание, которое самому только предстоит.
- Больно, Х-хиро? – спросила одна из девочек.
- Нет… не очень, – ответил мальчик.
Хината каждого сама провела за ширму и уложила на кушетку. Последняя девочка расплакалась и стала звать маму.
- Не надо, я не хочу-у! Не х-хочу, больно!
И Хината успокаивала ее и улещивала обещаниями, что больно совсем не будет и что плакать не нужно. А мама ждет там за дверью и как только все закончится, сразу заберет ее домой.
Еще никогда в своей жизни Хинате так не хотелось быть кем-нибудь другим.
Когда двери, наконец, открылись, и она торжественно вывела детей всех с повязками на головах к родителям, то обомлела.
Около дома клана стояла целая делегация членов младшей ветви. Родня каждого ребенка, Ивао-сан со своей красавицей дочерью, Мика с огромной связкой воздушных шаров, Ко с другими незнакомыми Хинате молодыми людьми… и Неджи.
- Эге-гей! – воскликнула Мика, увидев напуганных и заплаканных детей. – Кто у меня был храбрее всех, тому первый и самый красивый шар!
Она принялась раздавать шары, родители разобрали детей. Никто ни разу не взглянул ни на Хинату, ни на кого-либо из присутствующих членов старшей семьи.
Дети, повеселевшие, взахлеб принялись рассказывать о том, как они хорошо себя вели и что расплакалась только Ясуко.
Все показательно улыбались и слушали взволнованный лепет детей, медленно уходя от дома клана.
Хината смотрела на них, а они на нее – нет. Только один лишь Неджи бросил на нее короткий взгляд. Хината боялась увидеть в нем презрение и упрек, но Неджи казался просто грустным.
- Это всегда так? – едва слышно спросила она у Хидеки-сана.
- Несколько последних лет – да. Они пытаются превратить это в праздник, детям так легче. Всегда приятно знать, что в конце трудного испытания тебя ждет награда, – улыбнулся Хидеки-сан.
Хината чувствовала себя такой вымотанной, такой ничтожной и жалкой, что ей хотелось упасть прямо тут на глазах у всех. Упасть, потерять сознание и больше никогда не очнуться в этом кошмаре под названием клан Хьюга.
Но она чинно попрощалась со всеми и пошла домой, где вместе с отцом разбирала счета и письма, вникала в торговые дела клана, а вечером привычно размялась в додзе с Ханаби.
Она была главой клана теперь, а глава клана не должен лить слезы – так она себе говорила, засыпая вечером в своей постели.
Помогало не очень.


- Сейчас? – спросила Ханаби и приоткрыла один глаз. Хината стояла напротив, и ее бьякуган не был активирован. – Да что ж такое! - фыркнула сестра. – Как ты это делаешь?
- Не знаю, - пожала плечами Хината. – Просто чувствую.
- Просто, ага. А я вот ничего не чувствую.
- Закрывай глаза, будем пробовать снова.
Ханаби поерзала, устраиваясь на полу додзе.
- Ну, давай…
Хината пыталась научить сестру чувствовать взгляд бьякугана. Но как и тогда, с Неджи, не выходило ровным счетом ничего.
- Наш опальный гений наверняка уже все освоил, как думаешь? – недобро проворчала Ханаби.
- Не знаю… - неопределенно ответила Хината и слегка покраснела. Нет, Неджи не мог чувствовать взгляд бьякугана. А то бы давно заметил что она, Хината, то и дело следит за ним издалека.
Она просто скучала и иногда не могла удержаться от того, чтобы найти его взглядом на тренировочной площадке, или в штабе, или в одной из забегаловок.
Неджи часто общался с Ко, со своей командой. Пару раз Хината видела его разговаривающим с неприлично красивой Хитоми, и сердце падало куда-то в желудок.
Неджи снова не жил в квартале. У него была своя квартира в одной из новых многоэтажек. Теперь-то Хината знала, что на всей территории Хьюга только несколько семей из младшей ветви удостоились чести построить или унаследовать от старшей семьи участки.
Даже в таком житейском вопросе, как раздел земли, Старшая семья умудрилась все прибрать к своим рукам.
- Сейчас! – Ханаби снова открыла один глаз. – Да черт побери! – воскликнула она, хлопнув рукой по колену. – Да и пес с ним! Все, хватит с меня.
Сестра вскочила и гибко потянулась.
- Пошла прихорашиваться и собираться.
- Пожелать тебе удачи?
- Пф! Я что, выгляжу как тот, кому нужна удача? Это же всего лишь глупый экзамен на чунина. Сдам как миленькая.
- Не сомневаюсь, - улыбнулась Хината.
- Я слышала, что увальню Узумаки таки присвоили спец-джоунина. Праздновать-то будете?
- Да, Киба говорил, что сегодня пир на весь мир с морем рамена Ичираку. Не знаю, смогу ли…
- Сможешь! – отрезала Ханаби. – Хватит затворничать тут. Ты когда последний раз развлекалась? Сидишь тут как в тюрьме.
- Дела клана, - пожала плечами Хината.
- Так, не превращайся в папу, ладно? Тебе всего-то восемнадцать лет. Накрась губы, надень платье и топай веселиться. А клан переживет вечерок без главы.
Хината уныло поморщилась. Бесконечные советы со старейшинами, разбор корреспонденции и воображаемые интриги младшей ветви физически не были так уж утомительны, но они выматывали Хинату морально куда сильнее, чем любая миссия. И когда Киба пришел звать ее на "междусобойчик", как он его назвал, Хината почти прямым текстом отказалась.
Она не представляла, как можно веселиться, когда на душе висит такой камень. Да еще и перспектива встретить там Неджи совсем сбивала настроение. После того, как она ставила печати детям из младшей ветви, ей было стыдно взглянуть ему в глаза.
- Если не пообещаешь пойти и повеселиться, то я сама тебя за ручку отведу, – грозно скрестила руки на груди Ханаби. – Да, придется опоздать к выходу команд, но я думаю, что догоню ради такого дела. Давай, нарядись и пофлиртуй с Узумаки, теперь-то, когда ты в него не влюблена, это будет несложно.
- Ханаби! – вспыхнула Хината.
- Вот-вот. Ну или с Кибой, да с кем угодно! Неджи на миссии, так что его не предлагаю.
- На миссии? – как бы невзначай спросила Хината.
- Ага. Я тут слышала, как Хирузен допытывался у Ко, где, мол, Неджи. Тот сказал, что на миссии.
- Ясно. – Хината выдохнула. Ханаби толком не знала о том, что между ней и Неджи. Предполагала, что есть что-то такое, но не придавала значения, ведь Неджи был из младшей ветви и в глазах сестры всегда был немного второсортным.
- Ладно, не флиртуй, просто сходи и развейся. Ты слишком много занимаешься этими тоскливыми клановыми делами, на миссии не ходишь, на свидания не ходишь – так нельзя, Хината! И я говорю, что на эту недовечеринку ты пойдешь! Обещаешь? – Ханаби грозно сдула с глаз неизменную темную прядку. – Не заставляй меня пропустить мой экзамен из-за вечеринки Узумаки… - сказала она таким тоном, словно обещала Хинате все горести мира, если она откажется.
- Ладно, схожу, – пообещала Хината.
- Вот и отлично. Все, я помчалась. Жди меня в зеленом жилете на волне славы, – усмехнулась она и, махнув рукой, вышла из додзе.
Хината еще некоторое время провела в додзе. После, облачившись в домашнее, но все равно дорогое юката, спустилась в кабинет отца.
В мой кабинет – поправила она себя и покачала головой. Нет, он не был ее. И все письма и бумаги, которые она запечатывала печатью с моном, словно не принадлежали ее руке.
Хиаши вошел без стука, за ним последовала привычная парочка – Хизео и Хидеки-сан.
Отец присел в кресло. Хината отложила бумаги и вежливо поздоровалась со старейшинами.
- Ханаби отбыла на экзамен, – сказал Хиаши. Голос был усталым, а уже привычную трость он прислонил к подлокотнику кресла.
- Да, я знаю, – откликнулась Хината.
- Нам следует кое-что обсудить. – Отец вздохнул и сложил руки на коленях в замок. – Когда Ханаби вернется, ей следует поставить печать.
Хината почувствовала, как все внутри пустеет от страшного темного чувства.
- Нет, – ответила она негромко, но твердо.
- Прости? – Отец изумленно приподнял брови. – Она твоя младшая сестра, Хината. Традиция не нарушается ни для кого.
- Ханаби уже слишком взрослая. Традиция уже нарушена и… никого это не удивит. Я не хочу отправлять ее в младшую ветвь.
Старейшины переглянулись с Хиаши.
- Это не обсуждается, Хината, – отрезал Хиаши. – Всем рано или поздно приходится встретиться лицом к лицу со своей судьбой.
Хината моргнула. Да, судьба ее сестры была получить ненавистную печать. Но в этот момент Хината была уверена – это ее судьба здесь и сейчас стучится в ее двери.
- Нет, – повторила она и встала. – Ханаби не получит печать. Традиция для нее уже нарушена. Вы нарушили ее, когда ей исполнилось четыре года. Вы хотели сделать ее главой и поэтому так долго тянули с печатью. Я считаю, что это бессмысленно – сейчас что-либо доказывать младшей семье. Это просто смешно.
Мужчины снова переглянулись, Хизео фыркнул в своей глумливой манере.
- Глава клана принимает решения, - проскрежетал он иронично.
- В клане нет решений, которые принимает один человек, – сказала Хината, повторяя слова отца. – Вы давно все решили насчет Ханаби, и нет нужды устраивать из этого фарс сейчас.
- В словах Хинаты-сама есть доля истины, однако… все ждут, что Ханаби-сама, как и должно, получит печать. Рано или поздно в силу обстоятельств, но закон незыблем. Ивао-сан также получил печать лишь в семнадцать лет…
- И во что это его превратило, – сказала Хината. – Нет, с Ханаби мы так не поступим. Ты сам, отец, дозволил детям Мики-сан не получать печать…
- Они из младшей семьи. Это честь для них. Для Ханаби же это поблажка. Ради чего рисковать и вызывать гнев младшей семьи? Ничего в жизни Ханаби не изменится. Она все еще будет сестрой главы клана.
- Да, и если она будет сестрой из старшей семьи, это тоже ничего не изменит. – Хината сглотнула и, вдруг вспомнив совет селения, выпалила: – На этом все.
На старейшин и отца ее слова произвели совсем не такое впечатление, как слова Хокаге. На нее обратилось три недоуменных взгляда. А потом Хизео-сан расхохотался.
- Твоя жена все-таки не нагуляла твоих дочерей на стороне, Хиаши! – выпалил он, утирая глаза сморщенной от старости рукой. – Какова!
- Вся в мать, – холодно заметил Хиаши. – Мы обсудим этот вопрос еще раз, позднее. Полагаю, что от неожиданности Хината слишком поддается эмоциям и не может рассуждать здраво.
Хизео и Хидеки поняли намек и с поклоном удалились. Несколько мгновений в кабинете висела тяжелая тишина. Наконец Хиаши пошевелился, устраиваясь удобнее, по-старчески оперся на подлокотник и сместился, чтобы больше опираться на спинку.
- Ты неосторожна, – сказал он негромко.
- Как ты себя чувствуешь? – Хинате было больно смотреть на немощь отца.
- Плохо. Я разваливаюсь на глазах и не желаю, чтобы последнее, что я увижу в этой жизни, было, как мою дочь распнут из-за ее собственной глупости.
Хината устало вздохнула.
- Я не могу поставить Ханаби печать. Даже если меня распнут, – грустно сказала она и села рядом с отцом в другое кресло. Место главы клана за громоздким столом вызывающе пустовало. Они сидели перед ним – умирающий мужчина и совсем еще девчонка.
- У меня не получается, отец, - сказала Хината. – Я стараюсь, но… это как будто совсем не я.
Хиаши подпер седеющую голову рукой.
- Прежде чем делать по-своему, заручись поддержкой. А на это нужно время. Однажды ты сможешь принимать решения, и все будут верить в них, но не сейчас. Сейчас ты должна заслужить доверие клана. Не делай опрометчивых поступков. Может быть, это время еще придет… - сказал он задумчиво. – Что-то подсказывает мне, что оно придет. Но не сейчас.
- Нет, отец. Если сейчас я… поддамся, то никогда уже ничего не смогу изменить.
- Тебе и не нужно ничего менять, – нахмурился Хиаши.
- Нужно. Многое. Самое главное. Но я пока не знаю, как это сделать.
- О чем ты говоришь?
- О младшей ветви. То, что происходит в нашем клане… неправильно.
- О чем ты говоришь, Хината?! – строго выпрямился отец. – То, что происходит в нашем клане, сохраняет его веками. Если попытаешься что-то изменить – никто не поддержит тебя. Тебя пережуют и выплюнут, а на место главы посадят какого-нибудь выскочку, вроде Хирузена.
Хината закрыла глаза и откинулась на спинку кресла.
- Когда ты стал главой, неужели ты не чувствовал этого? Ты и твой брат, отец Неджи… Я его совсем не помню.
Хиаши нахмурился и отвернулся от дочери.
- Я помню день, когда Хидзаши поставили печать. Мы с ним смеялись. Мы были так дружны тогда, были уверены, что такая мелочь не сможет что-то изменить. Но шли годы, и медленно, подспудно, что-то стало меняться. – Хиаши смотрел перед собой, погрузившись в воспоминания. – Наверное, никто так, как мы с ним, не обнажали всей несправедливости нашего кланового закона. Близнецы… один с печатью, второй без. Мы отдалялись все больше и больше. Один косой взгляд, пропущенный день рождения, одна мелкая обида за другой. А в детстве мы заканчивали друг за другом предложения. Близнецы думают одинаково, Хината, по крайней мере, в детстве. Я думал, что печать на лбу убила в нем моего брата… думал так до самого дня его смерти.
- Он вызвался вместо тебя…
Хиаши молча смотрел перед собой. Дрожащей рукой он нащупал рукоятку трости и поднялся.
- Традиция не может быть нарушена. Когда Ханаби вернется, ей поставят печать, как и всем прочим. Не упрямься. Это не в твоих интересах.
- Мне все равно, что в моих интересах. – Хината тоже поднялась из кресла. – Я не позволю поставить Ханаби печать.
- Тогда, возможно, ее поставят тебе, – зло сказал Хиаши и вышел из кабинета. От милой откровенной атмосферы их разговора не осталось и следа. Хината постыдно вздрогнула, когда дверь за отцом захлопнулась.
Хината подняла руку и коснулась лба. Пальца дрожали, и страх затапливал ее, угрожая захватить с головой. Ох, ну что она наделала. Отец злится, она почти нагрубила старейшинам… Может, это они все правы, а она и правда ведет себя как маленькая глупая девчонка?
Может, она должна поставить Ханаби эту треклятую печать…
«Не заставляй меня пропустить экзамен из-за вечеринки Узумаки…»
Дерзкий взгляд, отрывистые жесты и тонкая темная прядка на лбу. Ее маленькая храбрая Ханаби.
Храбрая, не то, что она.
Хината притопнула ногой от злости на себя. Нет, она будет сражаться за сестру, чего бы это ни стоило. И им ее не запугать, ни старейшинам, ни отцу. Пусть попробуют!
Хината взглянула на стол заваленный ворохом бумаг и горестно закатила глаза. Хватит с нее на сегодня клана Хьюга! Довольно! Она будет отдыхать, а потом пойдет на вечеринку.
Хината поднялась к себе в комнату и распахнула дверцы одежного шкафа.
Коллекция кимоно большей частью располагалась в коробках в отдельной комнате на первом этаже, но пару десятков вешалок в ее шкафу было занято нарядами из пестрого шелка. Птицы, морские волны, листва… все это переливалось и светилось на складках роскошных одеяний главы клана Хьюга. Разноцветные оби тоже висели на вешалках – красные, бордовые, темно-синие…
Хината со злостью попыталась сдвинуть тяжелые одеяния и добраться до дальнего угла шкафа. Наконец после небольшой борьбы ей это удалось.
Там висело несколько ее толстовок, брюк и футболок. Задвинутая в самый угол, на вешалке висела не одетая, наверное, ни разу чунинская форма с зеленым жилетом и синими брюками. На ней, обернутый вокруг крючка вешалки, висел ее хитай. Ее и Неджи.
Хината взглянула в левый угол с толстовками, перевела взгляд на шелка… Слева висела одежда той девочки, которой она была – Хината-чунин, добрая и желающая всем угодить и быть незаметной. Справа гордо сверкала одежда Хинаты - главы клана, которая бесстрастно смотрела, как детям ставят печати подчинения, и поддерживала ужасные рабские традиции ради стабильности.
Между левой и правой половиной шкафа остался небольшой просвет на штанге.
«А на самом деле я где-то здесь», - подумала Хината.
- И мне нечего надеть, – констатировала она вслух.

@темы: Хината, Хиаши, Ханаби, Фанфикшн, Неджи/Хината, Неджи, Макси, Ко, Другие члены клана, Гет, Shelma-tyan

Комментарии
2017-12-27 в 21:56 

Epos
Я улыбаюсь не потому что добрая, милая и хорошая! У меня просто затекла челюсть!
Приятно читать новую часть. Надеюсь Хината не уступит))

     

Hyuuga FanFiction

главная